У самой Анны Марии также был пистолет. Табельное оружие. Она же тоже считается военнослужащей. И личное оружие ей положено по уставу. Анна Мария была вооружена пистолетом фирмы «Браунинг» ФН модели 1922 года. Чем-то этот образец оружия мне напоминал пистолет Макарова, но с длинным стволом. Я из него тоже пострелял, с разрешения хозяйки. Ничего так бьет. Довольно точно. Лучше, чем наш дубовый ТТ. Хотя этот браунинг и на него сильно похож. А наши оружейники и не скрывают, что пытались клонировать браунинг, а получился ублюдочный ТТ. Кстати, потом и гражданин Макаров тоже многое возьмет из конструкции этого буржуйского пистолета, когда будет создавать свой знаменитый ПМ. И плагиата в советском оружейном деле будут целые горы. Но несмотря на это, мы потом будем упорно и гордо обзывать свое оружие самым выдающимся и неповторимым.
И пускай меня сейчас осудят все патриоты России, но в красивую сказку про малограмотного советского сержанта, изобретшего в одно рыло автомат Калашникова, я не верю до сих пор. Это все из той же оперы, что и кухарки, умеющие управлять государством. Сплошная совдеповская пропаганда и ничего более. В конструкции этого знаменитого русского автомата явно прослеживаются немецкие корни. Это же видно даже невооруженным взглядом. Стоит только взглянуть на немецкие штурмовые винтовки StG.44, и станет ясно, откуда там ноги растут. Конечно, все урапатриоты орут, что немецкий «Штурмгевер» отличается по своей конструкции от АК-47. Да, отличается. Однако там слишком много общего. И что потом помешало нашим разработчикам оружия использовать для проектирования «Калашникова» немецких оружейников, сидевших в советском лагере или какой-нибудь лагерной шарашке? Ничего не мешало. Кроме секретности. И я считаю, что ради той самой секретности потом вместо пленных немцев, что было политически неправильно в те годы, конструктором этого нового чудоавтомата назначили какого-то неизвестного сержанта Калашникова. Типа, смотрите, у нас даже малограмотные сержанты вон какие крутые штуки изобретают. Тут, скорее, политика сыграла и ничего более. М-да! Что-то я отвлекся как-то!
Значит, с Аннушкой мы тогда очень душевно провели время. И мне и ей понравилось. А главное – нашлась еще одна сфера общих интересов для нас обоих. И наше дальнейшее общение потом продолжалось, становясь более доверительным и свободным.
Глава 20
Боевая работа
На второй день после боя на нашем аэродроме франкисты начали интенсивные налеты на Мадрид. Нет, они и раньше сюда летали. И пытались бомбить, а мы им в этом мешали по возможности. Но теперь враги как с цепи сорвались. И начали летать очень часто для бомбардировок города. Видимо, потерпев неудачу в наземном штурме, они опять решили заняться геноцидом мирного населения испанской столицы. Я уже говорил, что ненавижу такую тактику? Если и говорил, то скажу об этом снова. НЕНАВИЖУ! Конечно, я понимаю, что люди военные – это убийцы в погонах на службе у государства. Они должны убивать. Работа у них такая. Однако дьявол, как всегда, кроется в деталях. Есть солдаты, а есть каратели. Про солдат я уже говорил, а вот каратели планомерно убивают в основном мирных обитателей. Тех, кто не может им сопротивляться с оружием в руках. И карателей я особо сильно ненавижу. Этих тварей надо уничтожать как бешеных зверей. И неважно, кого они там убивают. Испанцев, русских, поляков, евреев, китайцев или кого-то другого. Каратели – это не солдаты. Хотя и тоже носят военную форму.