Честно говоря, будет очень больно когда — нибудь проснуться и узнать, что ты ни какой не Савада Тсунаеши, а Игорь, который провалялся в коме десяток лет или еще больше. Но это конечно отвратительная перспектива, но не смертельная. А вот самый худший вариант, что я выжил, но просто сошел с ума и сейчас брежу в психиатрической клинике. А потом однажды меня вылечат, и будет очень весело. Хотя и первый, и второй вариант, несколько похожи между собой. Когда меня одолевали подобные мысли, я одевал наушники и, врубив тяжелый метал, выходил на пробежку. Кажется, Реборн начал замечать происходящие со мной перемены, но пока не спешил вмешиваться. Я всячески старался убеждать себя в реальности происходящего. Подыскивая для себя десятки убеждений, но червячок сомнений все равно подтачивал меня изнутри. В итоге самой действенной оказалось мысль, что даже если это плод моей фантазии, то стоит жить и наслаждаться. Потому, что если в итоге я все же смогу убедиться, что это реальность только еще раз отправившись в Серые Пределы, это будет совсем не комильфо. Придя к таким умозаключениям, удалось снова обрести душевное равновесие. Но все же легкий огонек недоверия продолжал гореть моей душе. Уже не угнетая, но и не давая окончательно расслабиться, время от времени напоминая о своем существовании.
В пятницу произошло мое знакомство с Бьянки. Было довольно жарко, и я как раз возвращался с пробежки. Рядом со мной проехала девушка на велосипеде, которую я не успел рассмотреть и на ходу бросила в мои руки банку с колой предложив освежиться. Я, как весьма недоверчивая личность, привыкший к принципу «бесплатный сыр бывает только в мышеловке» выбросил банку в ближайшую мусорку. К тому же интуиция, тревожно засигналила, стоило мне взять ее в руки.
— Мне сообщили, что Бьянки в городе, — проинформировал меня карапуз, стоило переступить порог.
— Бьянки? Кто это? — изобразил я удивление и заинтересованность на лице.
— Моя, бывшая напарница, — ухмыльнулся Реборн.