— Ешь. Тебе сейчас мясо нужно.
Ощущение голода сразу накрыло меня. Я присел и набросился на еду.
— Рассказывай, что случилось, — скорее приказала, чем попросила мадам, как только я немного поел.
Скрывать что-то я не видел никакого смысла, особенно после того, что Анфиса Петровна для меня сделала. Я рассказал всё с того момента, как пошел в город. Упомянул, что занес письма и пошел в заведение «У Луки».
Рассказал о встрече с воришкой и о драке. О том, что заработал, спасая девицу от нападения и о посещении боёв.
Когда дело дошло до охранника, передавшего сведения о нас доносчику Корсакова, мадам недовольно покачала головой.
— Не понял кто это был? — спросила она.
— Нет, — честно признался я.
— Ничего разберемся.
— Мне пришлось последовать за доносчиком и в конце концов убить его, — продолжил я. — Иначе бы мы с Лушкой и Иваном были в опасности. А узнай Корсаков, что вы меня скрываете и вам бы не поздоровилось.
Анфиса Петровна кивала во время моего рассказа, но ничего не сказала. Я так и не понял, одобряла она мой поступок или нет.
Мадам долго молчала после того, как я закончил говорить.
— Это хорошо, что я тебя нашла в коридоре. Заметь тебя кто другой могло бы гораздо хуже все обернуться. Ты смелый и честный молодой человек. Этим ты меня и подкупаешь. Тебе пора отдыхать. Уверен, что не выделить тебе комнату?
— Спасибо, но я буду со своими. Надеюсь, они вернулись.
— Похвальное решение, хоть и немного глупое. Но тут тебе решать, — усмехнулась мадам. — Зайди ко мне утром часов в десять. Нужно будет осмотреть твою рану и перевязать.
— Хорошо, — согласился я, — Только у меня часов нет, за временем следить.
Анфиса Петровна поднялась и прошла в угол комнаты, где располагался довольно обширных размеров комод с четырьмя ящиками. На полке этого монстра стояли большие весьма дорогого вида часы. Я испугался, что она предложит забрать их себе, но все оказалось проще.
Женщина достала что-то из верхнего ящика и вернулась к столу. Протянула мне элегантные карманные часы с часовой и минутной стрелками.
— Вот. Пользуйся. Кто-то из клиентов оставил, а о пропаже не заявил.
Я посмотрел на творение неизвестного мастера. Часы выглядели дорого. Да наверняка такими и были.
И на карманных, и на часах на полке циферблаты содержали привычные мне римские цифры. Возможно, дело было в их месте производства, но я решил уточнить, почему на курантах стоят символы кириллицы, да еще без второй буквы.
— Сам чуть кровью не истек, а часами интересуешься, — усмехнулась Анфиса Петровна. — Тем часам уже сто лет скоро. Когда их ставили меня еще и на свете не было. Но говорят, что «буки» нет там из-за суеверий. Мол, буква это означает что-то, что еще не случилось и может быть хорошим или плохим. А другие говорят, что у нас русских, эта буква еще и «боги» называется. А Богам на Руси отродясь счета нет. Вот и не стали их в числительные записывать. Решай сам какая версия тебе больше по душе.
— Спасибо за разъяснения! — поблагодарил я мадам.
А про себя подумал, что суеверия для нас — важная часть жизни. И не только в часовом деле с ним сталкиваются. Наверняка и ветер Западный не просто так упоминать не спешат. И вовсе не от того, что дух его — демон. Хотя если вспомнить, то во время крещения в христианстве отрекаясь от сатаны тоже на запад плевать положено. Все плохое оттуда идет. И суеверия эти уходят корнями так глубоко, что и не стоит искать. Есть и есть. Будем с этим жить.
Только подойдя к низкой деревянной двери комнатки, где я теперь жил, понял, что не спросил Анфису Петровну про книгу о мифологии. Но не возвращаться же теперь.
Я коснулся двери, и она тут же отворилась. Внутри сидели Лушка и Иван. Мать парня, как обычно отсутствовала.
Глянув и быстро оценив мой вид, Лушка вскочила и кинулась мне помогать войти и присесть на край кровати. Я не мешал ей. Пусть, раз уж так хочет поухаживать.
Усадив меня, и устроившись рядом девушка вдруг запричитала о моем состоянии. Вот это было лишним, и я тут же пресек эти сопли.
Рассказав ребятам обо всех событиях, свидетелями которых они не были, я потребовал ответного отчета.
Лушка приуныла и призналась, что ничего от девушек в борделе узнать не удалось. Не слишком они ее жаловали. Зато Иван похвастался тем, что нашел скупщика и сможет продать излишки оружия.
Парень было попытался уговорить меня оставить пистолет, но я был непреклонен. До нормального огнестрела нужно было прожить еще лет двести, а эти пукалки только для дуэлей годились. В нормальном скоротечном бою перезарядка длинной в минуту могла быть допустима только при условии больших расстояний между противниками. Вступать в подобные схватки в ближайшее время я не планировал. А деньги нам были необходимы.