Иван дрался с двумя одновременно, но его положение было выигрышным. Парень стоял на небольшой возвышенности и отражал атаки нападавших. Его шпага, рассекая воздух, издавала какой-то знакомый мелодичный свист.
Я развернулся и бросился на помощь девчонкам. Не успел я сделать и пары шагов, как из-за угла появились обе. Хлопнули друг друга по раскрытым ладоням и побежали в мою сторону.
Лушка оказалась вооружена саблей, а Настя длинной шпагой. Через грудь девушки был перекинут ремень. Из-за головы торчали две рукояти рапир. Где она раздобыла такую перевязь?
Девчонки подбежали ближе, и я заметил, что через плечо Насти перекинут простой солдатский ремень. Она повернулась ко мне спиной похвастаться обновкой. В две петельки ремня были просунуты узкие и тупые лезвия рапир. Отлично придумано!
— Никита Васильевич, с вами всё хорошо, — забеспокоилась Лушка, заметив мой порез.
— Все в порядке, даже кровь не выступила, — бросил я и мельком глянул на Настю.
Девчонка, не отрываясь смотрела на мой торс, но не рассматривала, а уперлась в одну точку. Я проследил за взглядом и понял — она смотрит на медальон.
Я кивнул Лушке и бросился в бой — подоспели новые бойцы Корсакова. Так что с интересами воровки будем разбираться позже.
Ивану как раз была нужна помощь. Парень зацепил третьего противника и стал сдавать позиции.
Атака со спину не приемлема в спорте, но в реальном бою мне было все равно на эти правила.
Рубанув наотмашь одного из противников Ивана, я заставил его обернуться и тут же нарваться брюхом на мой клинок. Кровь вперемежку с содержимым кишечника потекла по лезвию на украшенную камнями гарду.
Иван кивнул, продолжая активный бой.
Я оглянулся и заметил, что Лушка сражается с низеньким и худым солдатом. Тот несмотря на свою субтильность активно наступал.
Настя заколола какого-то брюнета и пытается вытащить из него клинок. Судя по всему, шпага застряла. Девчонка упиралась ногой в живот трупа и тащила на себя оружие. Чрез секунду бросила это занятие, схватила из рук брюнета саблю и бросилась на помощь Лушке.
Судя по всему, не того человека я просил защищать.
Афоня и Данила заканчивали разбираться на правом фланге. Нам с Иваном достался левый.
Я дрался совсем рядом с парнишкой и слышал посвист его шпаги. Кажется, я понял, что он мне напоминал — звуки в моей голове, от пропущенных ударов.
Иван остервенело бился с двумя противниками, словно берсерк. Вся одежда его была заляпана кровью. Бинты, в которые он был замотан, виднелись из-под воротника и приобрели равномерный черный цвет. Надеюсь, всё это было кровью противника.
— Бежим! — крикнул Афоня, подбегая и одним взмахом шпаги выводя из строя солдата, что дрался с Иваном.
Второго парень добил сам.
Поле боя было за нами. Не пряча оружия, мы со всех ног бросились к ближайшей кромке леса.
Заскочив в кусты, Афоня обернулся и несколько секунд всматривался в пустое пространство между нами и зданием борделя.
Нас не преследовали, но думаю это ненадолго. Вскоре наш прорыв заметят и бросятся в погоню.
Мы не стали медлить и углубились в лес.
Отбежав на приличное расстояние, остановились перевести дух.
— Вам есть куда идти? — спросил Афанасий, все еще высматривая противника.
— Не знаю, — произнес я. — Что-нибудь придумаем.
Афоня недоверчиво посмотрел на меня.
— Так не пойдет. Нужно что-то решать. Мне не нужно знать, куда вы направитесь, но я должен буду заверить мадам, что с вами все в порядке.
Я вдруг вспомнил о деревнях, где скрылись люди из особняка в день нападения.
— Лушка, — позвал я девушку.
Та, тяжело дыша, стояла рядом с Настей.
— Я здесь, Никита Васильевич! — отозвалась девчонка.
— Ты знаешь, где находятся те деревни, о которых говорилось в бумагах?
Я намеренно не произнёс названия, чтобы Афоня их не услышал. Доверять я ему доверял, но заплечных дел мастера могли многое узнать у живого человека.
— Да, — коротко ответила Лушка.
Она порывалась сказать, что-то еще, но я ее перебил:
— Отлично! Мы идем туда!
Афоня кивнул.
— Расходимся! — распорядился охранник. — Приятно было с тобой иметь дело!
Афанасий кивнул и, хлопнув Данилу по плечу, собрался было уходить.
— Спасибо! — поблагодарил я Афоню и протянул руку.
Охранник едва слышно хмыкнул и крепко пожал ладонь.
Вот и отлично!