— А сельское хозяйство? Может поля, земли какие-то?
— В Красилово только огороды и немного скотины. Остальное покупалось вместе с обеспечением имения. Ваши люди, конечно, могут и на земле работать. Роман Дмитриевич уже думает над этим, но вокруг деревни лес, возделывать землю сложно. Вот Слободка жила на равнине у реки, там почвы плодородные, но Данила Александрович говорит, люди Корсакова пожгли все. Убирать в этом году будет нечего. Урожай был да сгорел.
Значит вопрос пропитания стоял остро. Пока средства Романа Дмитриевича позволяли существовать какое-то время, да и моя казна была не пустая. К тому же в шкатулке, которую я так и таскал под мышкой лежал неплохой запас золота.
Кстати, в хранилище я так и не попал, а надо бы все пересчитать. Да и содержимое шкатулки не мешало бы туда переместить. Кроме камней и кусочков металла, конечно, с ними я хотел разобраться. Я в очередной раз пообещал заняться разбором богатств, как только смогу.
— Что-то еще, Анфиса Петровна?
— Да много чего еще, но пока не будет книг, мне сложно о чем-то говорить.
Так, значит мне предстоит вылазка в имение и откладывать её на потом не стоит. Все же бухгалтерию нужно вести. Если это дело запустить, потом только хуже будет.
— Что на счет борделя? — поинтересовался я.
— По этому вопросу пока никаких новостей. Из деревни я не отлучалась. Так что и поговорить ни с кем не удалось. Афоня для меня кое-что поузнавал, но там везде темы деликатные, нужно все самой.
— Экипажей сейчас у нас прибавилось, лошади опять же появились в большем количестве. Думаю, теперь вам будет легче выбираться.
— Это точно, — усмехнулась Анфиса Петровна. — Если только хозяин этого добра не заявится за ним.
— Пусть попробует!
— Смелый вы стали, Никита Васильевич, — похвалила меня мадам. — Мне это нравится.
Я довольный и гордый собой выпрямился и задрал голову.
Мадам засмеялась и хлопнула меня по плечу.
— Вам бы отдохнуть, — сказала Анфиса Петровна, — а я продолжу делами заниматься.
С этим утверждением я был согласен. Если во время разговора я был еще бодр и воспринимал информацию, то сейчас с каждым шагом начинал клевать носом все сильнее и сильнее.
Мадам попрощалась со мной и ушла куда-то в сторону арсенала. Не знаю, что уж она собралась там делать, но мешать ей я не хотел.
Все же хорошо, что я решил попросить ее заняться управлением. Сам бы я не стал выспрашивать старосту что и как у меня с финансами. Вроде бы предполагалось, что отец должен был мне все рассказать. Но в моем случае, даже если он и говорил что-то Никите Шустову, то память мне ничего не подбрасывала. А сам я знать не мог. Вести подобные расспросы значило вызывать ненужные подозрения. Сейчас было не то время, чтобы подрывать доверие людей к роду Шустовых.
За размышлениями я не заметил, как прошел мимо своего дома. Остановился только когда уперся в телегу, стоящую посреди дороги и нагруженную мешками. Два мужика перетаскивали тяжелую поклажу в темный амбар.
Мужики, заметив меня, склонили головы. Я кивнул им и развернулся, чтобы идти обратно. Но решил всё же заглянуть, что внутри этого помещения.
Там находились продукты: крупы, сыр, какие-то сушеные овощи и грибы. В мешках, которые таскали мужики была мука. Когда один из носильщиков поставил мешок на пол, поднялось характерное белое облачко.
Запасов было немного, как мне показалось, но видимо, Роман Дмитриевич лучше знал свое дело и мог самостоятельно решить сколько и чего было нужно, чтобы народ не голодал.
Еще раз кивнув мужикам и получив низкий учтивый поклон в ответ, я отправился к себе.
На подходе к дому меня встретила Настя.
— Ты куда пропал? Я искала тебя, — с тревогой в голосе спросила девушка.
— Все в порядке, — поспешил я успокоить её. — Разговаривал с Анфисой Петровной по хозяйственным делам.
— Идем, — сказала девушка и взяла меня под руку. — Тебе бы поспать нужно.
— Да, вот с этим согласен, — уже чуть заплетающимся языком произнес я.
Не успел я дойти до крыльца, как навстречу мне выскочил Петя. Следом за ним вылетела Пружинка и, пару раз тявкнув, закружилась у моих ног.
Петя повис на мне, крепко обняв.
— Я знал, что ты вернёшься! — воскликнул братец. — Верил, что Настя найдет тебя!
Видя эмоции Пети, Пружинка еще раз тявкнула, привлекая к себе внимание, села и принялась мести хвостом улицу.
Хвост щенка сразу приобрел пыльный оттенок, но собаке это совершенно не мешало.