— Кхм-кхм, — прочистил горло командир польских разведчиков. — Значит, так…
Высокий, но не по-военному слегка сутулый мужчина, которого я помнил по разговору на границе, вышел вперед, подошел к столу с картой и принялся ее внимательно разглядывать, словно видел впервые.
— Значит, так, — повторил он. — Были мы здесь, здесь и здесь.
Поляк размашистыми движениями прошелся по карте строганой палочкой, что поднял с края стола.
— Всюду похожая картина. Чудовища стягиваются к этой точке границы со всех сторон. Не знаю, что все это значит, но твари идут из глубины наших территорий. По две, по три особи движутся в эту точку.
Командир ткнул указкой в красную точку на пунктирной линии границы.
— Мы здесь, — показал он на карту. — А значит это поле, где расположился Разрушитель. Могу предположить, что силы стягиваются к нему.
— Сколько их? — перебил кто-то из молодых и самых нетерпеливых.
— Мы насчитали чуть меньше сотни.
С задних рядов присвистнули.
— Но это, наверняка, не все. По некоторым данным, могу сказать, что с севера движется еще один отряд тварей, но численность не ясна.
— Чего им понадобилось у нас? — спросил все тот же торопыга.
— Если бы мы знали, — задумчиво произнес поляк.
— Странно, — вклинился Роман, — до этого чудовища после появления уходили на территорию Речи Посполитой, сейчас возвращаются. Что изменилось?
— Пришел Разрушитель, — просто заявил поляк. — Похоже, именно его они и ждали.
— Не думаю, — ответил я за Романа, который уже набрал в грудь воздуха, собираясь с мыслями. — Твари, они отдельно от Разрушителя. Причину возвращения надо искать в другом.
Я не хотел при всех говорить, что виной всему наш Император и его дух-покровитель. Все равно им придется когда-то это узнать, но сейчас, при поляках… не хотел. Это то же самое, что выносить сор из избы. Не стоит этого делать прилюдно.
— И в чем же тогда причина? — поинтересовался командир польского отряда.
— Сложно сказать точно, но я полагаю, что твари решат напасть на Разрушителя.
Если Император с Шалоком стягивают свои силы к точке, где расположился Разрушитель, то наверняка захотят на него напасть. Ведь они опасаются, что он пришел мстить.
— Вы, Никита Васильевич, хотите сказать, что твари помогут нам против этого существа? — с недоверием произнес поляк.
— С полной уверенностью сказать не могу, но есть большая вероятность такого исхода.
— Не верю, — пробормотал командир разведчиков.
— Так, — Василий Иванович встал из-за стола и обошел его, приблизившись к нам. — Пока не важно, кто во что верит. Будем исходить из того, что и те, и те нам враги. А значит, будем строить стратегию так, чтобы не упускать из виду возможности нападения и тварей, и Разрушителя одновременно.
Польский командир кивнул, соглашаясь с командующим.
Я все же, был уверен, что твари нападут на Разрушителя, но спорить не стал. Ведь и верно, на нас они тоже напасть могут. Они точно нам не союзники.
— Что-то еще есть сказать? — спросил Василий Иванович, глядя на поляка.
— Да, — тут же ответил тот. — Следом за группами чудовищ следуют отряды наших военных. Мы не стали вступать в контакт, не желая себя выдать, но во главе отрядов идут наши маги. Похоже большинство семей под покровительством духов собрались здесь.
— И что? Они нам помогут в случае чего?
— Я не могу ответить за них, — чуть печально произнёс командир.
— Понимаю, — покачал головой Василий Иванович. — Но все же? Если начнется заварушка, они помогут? Хорошо, вы бы помогли?
Поляк поднял глаза и посмотрел на командующего.
— Я бы помог.
— Вот и отлично.
Не знаю, что хорошего в этом нашел Василий Иванович. Если уж польский командир говорит, что не он принимает решение, то какая разница, как он бы поступил в той ситуации. Но командующий посчитал этот вопрос закрытым и больше к нему не возвращался. Может у него есть какой-то план? Знания, которых я не имею?
Дальше пошли разговоры о каких-то перемещениях войск, и я быстро потерял нить разговора, предоставив военным самим вырабатывать правильную стратегию действий.
Мне же было интересно понять, зачем Император угонял монстров на польскую территорию. Понятно, что сейчас он собирается их лапами загрести жар битвы. Но почему он отправлял их туда? Чтобы российские земли не взбунтовались? Пожалел своих?