Бюстик лег поверх чулок, и я, дрожа от холодка, быстро натянула длинную плотную сорочку. А теперь спать! Посмотрела на широкую постель и, хихикнув, с размаху опустилась на мягкую перину, а потом еще и подпрыгнула. Потянулась, зевнула, заползла под мягкое одеяло и спустя некоторое время уже сладко спала.
Там же
Огонь догорал, девушка спала, забавно обнимая подушку, и, естественно, не видела, как тени в одном из дальних кресел дрогнули, выпуская из своего плена мужчину в белом. Он откинул с лица прядь светлых волос и чуть заметно улыбнулся:
– А ты очень красиво работаешь, малышка. Я даже не устал за тобой наблюдать. – Потом синий взгляд упал на стоящее не так далеко кресло, на котором лежала одежда девушки, и, проказливо усмехнувшись, Лель продолжил: – Да и вообще красива. Я реабилитирован в своих глазах!
Блондин плавно поднялся и, подойдя к вещам, с любопытством уставился на белье, а потом… но уже с совсем иными эмоциями в ярких глазах, на спящую девушку. Скользящим шагом подошел к постели, присел рядом на корточки и, протянув руку, коснулся волос лепрегномика, пропуская сквозь пальцы мягкие прядки. Поймал себя на ощущении, что не хочет, чтобы момент заканчивался, и довольно улыбнулся. Все идет как нужно!
Оглядел так сладко спавшую Мию, но потом вспомнил, как она раздевалась перед сном, и синие глаза потемнели почти до черноты.
– Оказывается, ты любишь красивое белье, невинная моя.
Белый палец с острым когтем невесомо очертил абрис лица рыженькой, и Лель усмехнулся еще раз, понимая, что теперь долго ждать он точно не станет. Тем более что дроу в случае с Миямиль может стать проблемой. Слишком уж юна и не искушена девочка. Ведется на уловки темного, как… м-да, последняя девственница. Кем она, собственно, и является.
Нельзя сказать, что чистота «кандидатки в любимые» была для феникса чем-то основополагающим, но если уж это есть, то отдавать невинность девушки, на которую сам положил глаз, какому-то более резвому студенту? Вот еще!
И вовсе не из-за мужского эго. С девственницами вообще проблем много, потому у Лельера их раньше и не было. Но если влюбляться, то по-настоящему!
Да и… к первому мужчине девушки сильно привязываются.
– А стало быть, ничего дроу не обломится, – едва слышно промурлыкал Лель. – Не будь я Мастер Пытка!
Кошмар сектора Малахит плавно поднялся и еще несколько секунд смотрел на свою спящую красавицу, вспоминая, какая она… во всех местах красавица!
Нет, определенно надо поторопиться!
Развернувшись, Мастер скрылся в портале, сбежав подальше от искушения. Слишком беззащитного искушения.
Ну что же… Все идет как надо.
Девочка красивая, девочка хорошая, девочка желанная.
Естественно, самоуверенный беловолосый, почти всевластный Хранитель и не задумывался о том, что девочка может и не вспыхнуть в ответ.
И, разумеется, его совсем не волновала этичность собственных планов.
Для того, кто дважды умирал, для того, кто был Пыткой, для того, кто шагал по миру в окружении таких же, как и он, это не имело значения. Они были господами и рабами в одном лице. Лельер Хинсар слишком привык жить, следуя праву сильного.
Он вышел из портала уже в своем кабинете и, не останавливаясь, двинулся в лабораторию. Скинул плащ, на ходу подхватывая халат и снимая ботинки, чтобы переобуться в тапочки. Белые, естественно. Лель вообще любил этот цвет.
Свет в помещении зажегся, как только Пытка туда прошел. Он остановился около стола с лежащей на нем женщиной, задумчиво перебрал пальцами по краю кармашка, а потом коротко и четко произнес:
– Начать запись.
– Запись начата, – тут же откликнулся механический женский голос. – Приветствую Мастера.
Да, все же техника из Охры крайне полезна. Собственно, это и была одна из причин, по которой Малахит решился на столь тесный контакт. Работается с новинками проще, быстрее и гораздо интереснее.
И что весьма импонировало Пытке, не нужно было терпеть рядом того, кто фиксировал бы твои мысли. Они почему-то всегда так боятся… хотя вскрывал Хин вовсе не их и даже не угрожал этим.
Забавные существа.
Как и он сам, впрочем.
Всего пять минут назад думал об одной рыжей девушке, притом, когда смотрел на нее, желания вытесняли рабочие мысли. Теперь смотрит на другую женщину… мертвую. И в душе такой азарт и страсть. К науке. К знаниям. К желанию понять, КАК это сделали!
Лельер Хинсар.
Мужчина, одним словом.
– Итак, – негромко начал Мастер. – Женщина, примерно двадцати пяти лет. Человек, эмигрантка из Янтаря. Не замужем, детей нет, по сведениям департамента Смерти в базе не числится. Янтарная структура на запрос пока не ответила.