С этими словами примечательная дама встала, демонстративно поправила ворот, и, не выдержав такого обращения, разошлась еще одна пуговка, открыв краешек алого кружева. Лелю стало грустно-грустно. От собственной принципиальности. Но он вспомнил «Голубое пламя» и решил не рисковать.
– Даяна Торн, – протянула ему руку женщина, поправляя каштановую прядь волос. – Нас представляли еще на первой встрече, но вряд ли вы запомнили.
– Как можно забыть, – нейтрально отозвался Пытка и, поднявшись, коснулся прохладных пальцев поцелуем. – Мастер Хин, к вашим услугам.
– Просто Хин? И ничего иного, кроме имени и статуса? – улыбнулась вамп.
– Просто Мастер Хин, – спокойно поправил ее Лельер. – Можно Белый Мастер.
– Было приятно познакомиться, – тут же все поняла она и после короткого обмена любезностями грациозно вышла.
Мастер и гном остались наедине.
Лель вскинул серо-стальную бровь и вежливо подтолкнул:
– Погода сегодня замечательная!
– Ну да, – смущенно потупился бородатый.
– Летная! – продолжил описывать все прелести этого дня Хин.
– К дождю-с, – грустно согласился гном, и оба мужчины посмотрели на небо, которое начинало затягиваться тучами.
– М-да… – потрясенно откликнулся Пытка. – Итак?
Гном выпрямился, принял достойную позу и обстоятельно начал:
– Как знаете, со времени постройки нашего славного заведения прошло уже…
На этом этапе Лель отключил восприятие наружное и решил, что отсюда надо бежать. Но… кто бы что ни говорил, хамить кому-то без причины Хину было не свойственно. Лелю – да, пожалуйста, и то, как правило, только тем, кто этого заслуживал. А вот Мастер был существом по возможности сдержанным и ответственным. С некоторых, и не сказать чтобы особо давних, пор. Потому посылать почтенного гнома по его многоуважаемой матушке так сразу не стал.
Гном же вещал! О том, сколько лет Академии и что ремонта она не видывала едва ли не со своего основания! И что запускать такой грандиозный памятник архитектуры было бы непозволительным вандализмом! После шел перечень заслуг как самого «памятника», так и его выпускников. Лель даже невольно заслушался бархатными переливами голоса бородатого.
После заслуг снова грянула слезливая песня о том, как плохо приходится Зеленой в данный период. Лель осмотрел помещение, вспомнил, что уже видел, и позволил себе не поверить. Нет, разумеется, в таком огромном хозяйстве, как это, конечно же, найдутся недочеты, но наверняка все не так плохо, как описывают.
Когда блондин это выдал, лицо гнома приобрело цвет белоснежной простыни, и на нем появилось поистине скорбное выражение.
– Так это сейчас, господин Мастер! Это сейчас все хорошо! Осень! Но вы бы видели, как хорошо себя тут чувствует плесень весной! Как покрывает иней закоулки коридоров в студеную зимнюю пору!
Лель опять отключил мозг. Хотя бы потому, что в плесени разбирался неплохо и мог сразу сказать, что она не могла сюда заявляться «с вещичками» только по весне, а на все остальное время любезно сваливать в неведомые дали, вместе со следами своего пребывания. Со студеной зимней порой было сложнее. Из-за слишком вытянутого эллипса вращения планеты зимы тут и правда были морозные, а лето слишком жаркое… Но что-то подсказывало Лельеру, что иней был (если был) исключительно в неотапливаемых помещениях!
Но пора бы напомнить почтенному завхозу о государственном финансировании!
В записях Шадира-казначея на содержание этого «памятника» выделялось немало!
– Так вы сравните! – От избытка чувств у гнома даже борода задрожала. – Сравните площадь комплекса, представьте, сколько нужно на стипендии и зарплаты педагогам! А на детали-то, на мелкие, но такие важные детали, почти ничего не остается!
– И что вы от меня хотите? – Хин упрямо не понимал намеки и символ «спонсор!» в глазах гнома.
– Ничего! – «честно» ответил представитель славного подгорного племени. – Всего лишь провести вам маленькую экскурсию, а после, может, и вы чего… захотите.
– Как-нибудь обязательно проведете! – не менее «честно» пообещал Хинсар, подскакивая с кресла. – А сейчас – прошу прощения, но у меня занятия.
Мастер подхватил прислоненную трость и стремительно вышел из учительской.
Интересно, а с чего это такие кардинальные перемены? Что дамы, что завхоз. Последний так вообще обнаглел настолько, что денег полез просить. Хотя… гномам ради денег и идеи ничего не страшно! А уж если эти две цели слились, так вообще проще сразу дать, если это в твоих силах. В данном случае имеют место два варианта. Или гном настолько предан делу Академии, или часто путает средства на ее содержание со средствами на содержание свое.