Итак, мать Принц, отец — магл. Братьев-сестёр нет, друг только один, маглорождённая ведьма Лили Эванс, ровесница Снейпа, и то, если верить сводке, дружбу они разорвали в конце учебного года. Одиночка и язва, бедняк и... О, факультет Слизерин. Каррок почувствовал себя так, словно у него открылись глаза. Полукровка из некогда чистокровной и именитой, а ныне исчезнувшей семьи — и на Слизерине. Вот откуда ноги растут у гонора, непомерно раздутой гордости и поразительного бесстрашия. Ведь в последнее время Слизерин волей-неволей ассоциировался у многих волшебников с Пожирателями смерти.
Впрочем, так их пока что именовали только газетчики и, что неожиданно, сам Альбус Дамблдор. Последний намёками и осторожно, через своих сторонников, но факт оставался фактом. А сами они предпочитали называться Рыцарями Вальбурги, клялись, что не имели никакого отношения к резкому росту тёмномагических преступлений против магов и маглов, и, как и их лидер Том Риддл, ратовали за сохранение самобытных законов магического мира. Эти волшебники, в число которых входили сам Абраксас Малфой с сыном, Октавиус Нотт, семейства Блэков, Лестрейнджей и ещё много кто, не скрывали, что ненавидели и презирали маглов, а заодно ещё и маглорождённых волшебников. Подобные настроения испокон веков витали на Слизерине, а в последнее время появились слухи, что молодёжь-старшекурсников именно с этого факультета активно агитировали вступать в ряды Рыцарей Вальбурги и поддерживать антимагловские идеи. Вербовка несовершеннолетних была сама по себе очень низким и мерзким поступком, так что, как человек, муж и отец, Каррок в Томе Риддле сильно разочаровался. Но, как Глава Отдела тайн, не мог не отметить простоту и результативность идеи Наследника Слизерина, который вёл за собой магических консерваторов. Кому проще всего задурить голову? Недавним подросткам, само собой. Того же Снейпа и допрашивать не нужно, чтобы узнать, что он как минимум сочувствовал Рыцарям, а как максимум уже вступил в их ряды. Наверняка парень рассчитывал, что богатые и известные друзья со школы или те аристократы, что обещали своё покровительство, вытащат его из заключения, потому и молчал. Ну-ну. Карроку даже стало немного жаль пацана. Такие, как он: не видевшие ещё жизни толком, наивные и порывистые из-за играющих в крови гормонов, — для сильных мира сего являлись лишь пешками. Никто из чистокровных и благородных магов и пальцем не пошевелит ради нищего полукровки, уж каким бы талантливым он ни был.
Обыск дома Снейпа, располагавшегося в каком-то магловском городишке под названием Коукворт, дал ещё больше пищи для размышлений. Поначалу, читая отчёт, Каррок не обнаруживал для себя ничего нового. Само поселение было небольшим и состояло преимущественно из жителей среднего достатка, но дом задержанного находился там, где жили совсем уж бедняки. Грязный и запущенный, как и сам Снейп. Магла Тобиаса Снейпа там не оказалось, и позже его обнаружили в полицейском участке, а Эйлин Снейп вот уже несколько месяцев как обрела своё последнее пристанище на местном кладбище. Судя по дате на кресте, женщина скончалась незадолго до возвращения сына из Хогвартса. Да, это был серьёзный удар для пацана: во-первых, всё-таки мать, во-вторых, последний близкий ему волшебник, если вспомнить ссору с единственной некогда подругой. Опрос соседей (с небольшим Конфундусом, но кто станет обращать внимание на такие мелочи) и самого мистера Снейпа продемонстрировал, увы, классическую картину, когда супруг-магл так и не смог принять магический дар у своего спутника жизни. Тобиас Снейп регулярно избивал жену и сына, пока тот не вырос и не набрался сил, чтобы давать отпор. Да, выросший в атмосфере ненависти и побоев от своего отца-неволшебника Северус Снейп был идеальным кандидатом на то, чтобы всецело, душой и сердцем поддерживать Рыцарей Вальбурги.
Лаборатория, кстати, в доме нашлась, правда, по факту оказалась подвалом. В отличие от остальных помещений там царил безукоризненный порядок, имелось недешёвое зельеварческое оборудование, инструменты и тому подобное. А в комнатах наверху мебель буквально на ладан дышала. Парень, похоже, был ярым фанатом зельеварения. Немудрено, это, скорее всего, единственная для него отдушина в жизни. Слава Мерлину, что он работал один: размер подвала и список всего изъятого оттуда не позволяли сделать какой-либо иной вывод.
Ознакомившись с документами, Каррок снял с них копии и отправил ди Тофано. Пусть почитает, раз хотел. Может, наутро подкинет какую свежую идейку.
— Сэр, есть один момент, который не отражён в бумагах, — заметил Оуэнс, который всё это время тоже находился в кабинете и периодически то давал комментарии, то отвечал на вопросы. — Это не подтверждённый документально факт, поэтому и я не стал вписывать его в отчёт, но думаю, вам следует знать.