Неожиданно я услышал тяжёлый щелчок по воде и увидел Катю. Она стала искать меня … Она заметила моё уже ослабшее тело и стала подплывать, вытянув руку вперёд, но я уже ничего не мог сделать… прости…
Глава 3
Темнота. Тело оковывает боль, не давай возможности пошевелится. Множество голосов вокруг и лёгкий раздражающий писк. «Где я? Может, в раю?» - подумал я. Хотя не думаю, что в раю тебя приковывают к кровати, не давая возможности даже открыть глаза. Тело слегка стало принимать твёрдую форму, а мышцы требовали от меня каких-либо движений. Я попытался открыть глаза, но они открылись только наполовину и то на несколько секунд. За это время я успел разглядеть три человека стоявших передо мной в белой одежде. Всё было размыто, лица и помещение было не разглядеть. Я почувствовал лёгкое покалывание в левой руке и погрузился в сон.
Проснувшись, тело уже было в полном порядке, за исключением небольшой боли в ногах и в области лёгких. Открыть глаза уже не было проблемой. Я был в больнице, причём современной. Это я понял по приборам, к которым я был привязан небольшими резиновыми трубками. «Неужели я вернулся в свой мир?» подумал я. Получается, для того чтобы вернуться, нужно было умереть? Задумываться об этом глубже я не стал, не видел в этом смысла. Конечно, там не было так уж и плохо, но дома всегда лучше, всегда всё стабильно. В комнату зашла медсестра с небольшим шрамом на лбу в виде звезды. Она удивилась, посмотрев на меня.
- Уже очнулся? Здорово же тебе досталось! – что досталось? Может, я чего-то не знаю? Я решил спросить у неё прямо, как я сюда попал.
- Почему я здесь? Что случилось? – я знал, что она ответит, но мне нужно было услышать это от неё, дабы исключить бессонные ночи.
- А ты не помнишь? Тебя сбила машина, когда ты дорогу переходил. Это было на улице «Семеново 23…» Не помню точно, – машина? Я же тонул спасая того пионера…
Она присела на мою кровать и стала проверять показатели на приборах. Она улыбнулась и посмотрела на меня.
- Молодец боец! Ты жив, здоров, но мы тебя ещё подержим тут немного, хорошо?
- Да, конечно. – В голове был полный хлам. Как меня могла сбить машина в лагере? Даже если опустить то, что я оказался в «рабочем» лагере, где меня там могла сбить машина? Бывало, приезжали на грузовиках и разгружали еду для пионеров, но дальше ворот не заезжали. А если представить, что мне всё это показалось, то меня бы нашли в одном из корпусов, лежащим без сознания.
- Можно выходить в туалет?
Она немного задумалась и дёрнулась от моих слов и растерянным голосом сказала:
- Конечно, только запишу показатели и отсоединю приборы.
Она достала блокнот и поспешно стала записывать в него какие-то цифры, красивым подчерком распределяя их в столбце.
Она посмотрела мне в глаза грустным взглядом и сказала:
- Ты им ещё нужен, не сдавайся, прошу, – по её щеке пролилась слеза. По телу побежали мурашки. Так она знает? Почему не сказала сразу? Как только я открыл рот, чтобы расспросить её, она сразу же меня перебила.
- В этом лагере погибла моя дочь, думаю, ты уже встречался с ней. У неё длинные белые волосы, а глаза… - она закрыла лицо руками и стала тихо всхлипывать. – вся в меня.… Послушай, я знаю, тебе страшно, но я тебя прошу, не бросай её.
Она села на рядом стоявший стул.
- Эти дети, они не виноваты в том, что случилось. Всех пионеров убили, зверски издевались над их телами! – её голос стал немного грубее, – но выжил один пионер…
Она указала пальцем на меня. Её рука сильно тряслась.
- Ты! Ты избранник всевышнего нашего, тот, кто сможет спасти их, – голос стал нежным, спокойным как течение облаков, – я думаю, у тебя много вопросов, если хочешь, спроси, но у меня очень мало времени, только один вопрос, – и что же мне выбрать? В голове кружились миллионы вопросов, и как мне выбрать из них только один?
- Кто вы?
Она усмехнулась и положила мне руку на колено.
- Я мать девочки, погибшей в лагере. Наверное, ты задаёшься вопросом, откуда я знаю про тебя, верно?
Она посмотрела на часы.
- Знаешь, сколько раз ты попадал в эту больницу? Много, около сотни, может, тысячи. И каждый раз ты забываешь обо мне, о своём предназначении. Но я не сержусь, поверь. Я горжусь тобой, спустя тысячи неудач ты не сдаёшься и идёшь, до конца, не смотря на все ужасы, которые тебе приходилось наблюдать. Забываешь людей, события, да и толком не можешь рассказать про мою дочку.… Прости, но мне нужно это сделать, я просто должна.
Она достала из кармана шприц и потянулась ко мне. Я решил, чего бы мне это не стоило, не дать ей это сделать. Нужно отмахнуться от неё и бежать к чёртовой матери отсюда!