Она говорила так, словно находилась при королевском дворе перед самим императором. Люциусу нравилось, как она говорила, не меньше, чем содержание того, что она говорила.
- Свергнув нынешнего герцога Гариана, который чрезмерно высокомерен, сердце императрицы успокоится, но имперское влияние на герцогство значительно усилится, и мы избежим гнева Его Величества.
- Это верно.
- Это замечательная мысль, но возможно ли это?
- Разве не стоит это изучить? А пока было бы неплохо выяснить, есть ли какой-нибудь потомок предшественника герцога Гариана, который может напрямую связаться с Ее Величеством, как в предложении сэра Люциуса.
- Человек, который хорошо осведомлен о ситуации на юге, был бы кстати. В любом случае, нам нужно больше узнать о ситуации в герцогстве Гариан.
Взгляд Люциуса остановился на Беле, а затем переместился на кого-то еще. Те, кто с юга, или люди, у которых там есть родственники, начали активно все обсуждать.
Алета больше ничего не говорила. Этим она выполнила свою сегодняшнюю роль.
Кто-то из фракции Люциуса отправится на юг и вступет в контакт с герцогом Гариан. Вот, что имело значение.
Глава 47
После собрания некоторые люди остались. Поскольку собралось так много людей, они намеревались отдыхать, распивая алкоголь и ведя легкую беседу.
Алета ушла раньше.
Если она решит исправить свои прошлые ошибки, ей придется еще немного увеличить свои шансы. Было несколько человек, с которыми ей нужно было поговорить наедине. Но не сегодня.
И Алета поняла это, только когда вышла из парадной двери особняка. За ней последовал Гаян. Алета остановилась и оглянулась.
- Не забывайте, что вы в долгу передо мной, госпожа Карпер, - сказал Гаян.
- В долгу?
- Я ничего не высказал против вашего предложения.
Алета молча посмотрела на маркиза.
Гаян улыбнулся. Гарианское герцогство было делом между Императором и Императрицей. Люциус уже отвернулся от Ираиды, чтобы добиться одобрения императрицы. А император наблюдал за этим. Одолжения для Люциуса уже не те, что были раньше. Однако на этот раз он осмелился прикоснуться к герцогу Гарианскому, которого избрал сам император. Скорее, было бы нормально взяться за могущественного дворянина или государственного чиновника. Император был бы горд, если бы ему удалось растоптать канцлера Фокса или если бы он установил контроль над двором, взяв Алету или Гаяна в качестве козла отпущения. Однако герцог Гарианский - собака Императора. Когда взрослый, ненавистный сын пинает старую собаку, которую воспитывали восемнадцать лет, он разозлится. Даже если собака начала не слушаться. Если ему повезет, он получит все, однако большая вероятность, что Императрица потребует большего, и так он навлечет на себя гнев Императора. Гаян не стал указывать на это при Люциусе. Алета озвучила очень рискованное предложение.
Алета перевела взгляд, не отрицая этого. Люциус редко слушает, даже если кто-то дает совет. Гаян знал, что Алета с самого начала была настроена скептически. Фактически, ее замечания резко уменьшились в последние годы. Собрав воедино то, что она сказала сегодня, можно понять: сделано это не для Люциуса. Алета - не молодой чиновник, спешащий закрепить свои достижения.
- Лорд Люциус не думает бояться Его Величества. И я уверен, что не единственный, кто это понимает, - сказал Гаян.
- Разве вы раньше об этом не знали?
- Конечно знал.
Карета Гаяна подъехала к входной двери. Тем не менее Гаян продолжала говорить, не думая двигаться.
- Ираида все еще жива.
- …
- Честно говоря, даже если Его Величество рассердится, я не думаю, что он откажется от сэра Люциуса.
- Разве?
- Графиня Шарлиз из тех, кто видит только семейные беды, а графиня Иосия сбежала из столицы, потому что была слишком напугана. Мужья тоже были выбраны Его Величеством намеренно, чтобы быть тихими и пассивными… Теперь трудно учить их империализму.
Гаян оценивал двух других незаконнорожденных дочерей Императора как таковых. Так что, если Император все равно решит передать корону своему ребенку, значит, другого выхода нет. Гаян, должно быть, догадался, перед кем Алета решила встать на колени. После уничтожения детей Императора и Великого Герцога Дегара осталась только одна королевская семья. А когда дело доходит до человеческих дел, он, наверное, знает, что выбор Алета для них самый лучший. С другой стороны, он также считал, что воля Императора важнее, чем он сам.