Потому что решения епископов должны приниматься от имени воли Божией. Они решили воспользоваться этой возможностью, чтобы предать гласности этот факт.
– Мне жаль, - сэр Кешор ответил так и склонил голову, когда Ираида попросила его увидеть Императора. Сначала у Ираида было растерянное лицо.
– Я понимаю.
Но вскоре Ираида снова заговорила со странно ясным лицом
– Да, я понимаю.
Император любил Ираиду, но она никогда не была важнее всего. И Император прекрасно знал, за что браться, а что лучше отпускать.
— Я даже не могу встретиться с Люциусом.
— Его Величество сказал, что лучше этого не делать, чтобы не подставлять самого сэра Люциуса. Теперь не только он, но и леди Рейлин в опасной ситуации.
– Я понимаю.
Ираида только это теперь и говорила. И после этого она никогда не умоляла о встрече с Императором.
Протестующие сложили дрова перед особняком Дорсет, взяли чучело, сделанное в подражание Ираиде, и сожгли его.
Именно епископ Аким успокоил протестующих.
Одетый в чистое белое богослужебное одеяние, он в одиночестве вошёл к взбудораженным протестующим и пообещал:
– Это, конечно, несравненно ужасно покупать ребёнка для жертвоприношения. Но это не единственное, что происходит.
Епископ Аким снял шёлковую расшитую ризу, которую носил на плече, и бросил её в костёр.
–Коррумпированность императорской семьи достигла апогея. Вы знаете, что она за женщина?
– Она женщина Императора!
– У Императора была такая порочная женщина только потому, что она была красавицей, которая жаждет собственной выгоды, охотясь на невинных детей как жертв злой магии. Как мог слуга Божий просто ждать и смотреть на эту реальность?
Затем епископ Аким склонил голову. Казалось, что она была направлена на протестующих, а иногда казалось, что она направлена в небо.
— Слуга Божий никогда не позволит этому случиться. Так что доверьтесь храму и возвращайтесь.
При этом он мгновенно восхвалил храм и распространил своё влияние на протестующих.
В этот день протестующие помолились и провели простую службу вместе с епископом.
Никогда после смерти святой Елены храм не был так почитаем.
Глава 64
Люциус и Рейлин не могли избежать того, чтобы стать целью храма.
Протестующие не нападали на резиденцию Великого Герцога Ормонда из уважения к мудрому решению Великого Герцога в последнем деле о торговле людьми.
Но храм действовал иначе.
Когда епископ Аким привёл духовенство с визитом, Великое Герцогство Ормонд отреагировало решительно. Рыцари были мобилизованы для защиты особняка, как броненосцы, и не пускали духовенство внутрь.
Рейлин позвала Альфи и сказала:
– Я пойду с епископом Акимом.
Альфи был поражён.
— Мадам...
– Альфи.
– Ересь совершила вдовствующая маркиза Дорсет. Конечно, вы можете чувствовать себя ответственной, но в действительности, это не имеет к вам никакого отношения.
Хоть Рейлин уже давно бросила Ираиду, в столице об этом мало кто знает.
– Я не могу прятаться вечно.
— Духовенство не имеет права допрашивать мадам. Если храм хочет забрать вас для наказания, им придётся вывести сэра Люциуса. Нет мадам. — строго сказал Ансгар, – пока живы все рыцари и слуги Великого Герцогства Ормонд, никто не посмеет задержать вас или принудить.
Рейлин была немного опечалена, поскольку отношение к ней Альфи задело шрамы прошлого.
— Не волнуйся,Альфи. Единственное, на что может пойти храм, — это отлучение от церкви.
– Госпожа...
– Отлучение от церкви — не маленький грех. Но для того, чтобы это стало реальной угрозой, оно должно привести к лишению имущества или титула.
Отлученные от церкви лишаются своих прав как членов общества. Другое дело с атеистами.
Атеист просто говорит, что у него мало или совсем нет благочестия. Но отлучение от церкви означало, что он преступник, не заслуживающий быть под Богом.
Поэтому они теряют все права, а таинство брака становится несуществующим. Все рождённые дети становятся незаконнорождёнными.
Когда Ираида будет отлучена от церкви, Рейлин перестанет быть наследницей дома Дорсет.
Лишь формально заявлено, что Рейлин— дочь маркиза Дорсет. Никто не думал о ней как о наследнице рода, так что это не имело никакого отношения к её репутации.
– Я уже унаследовала дом Дорсет, поэтому я не потеряю свой титул, если другая кровная семья не подаст в суд на наследство. Титул Великой Герцогини Ормонд был получен благодаря моему собственному браку, так что не имеет значения, стану ли я внебрачным ребенком.
– Госпожа…
– Альфи, если меня отлучат от церкви, Ормонд отвернётся от меня?