– Мы уже вонзили меч в Дегарское герцогство. Следующий шаг - я убью королеву Ельмэя и обвиню герцогство Дегар.
Оллистер молчал, а Рейлин продолжила рассказывать свой план, давая ему пищу для размышлений:
- Да, и кстати, Ваше Высочество официально не осведомлены об отношениях между Дегарским герцогством и королевой. Так что, уверяю Вас, этого будет достаточно для военных действий.
- Как я могу поверить в то, что ты собираешься это сделать? - спросил Оллистер с подозрительным лицом.
- Вы, должно быть, уже узнали обо мне в столице, значит, должны знать и то, что я стала фрейлиной Ее Величества Императрицы?
Оллистер кивнул головой.
- Императрица желает уничтожить Дегарское герцогство.
- Ты собираешься использовать его для распрей империи.
- Да, потому что Дегарское герцогство - немалая добыча. Их соляной бизнес прибыльный.
Распределением соли в Южном море занимается Дегарское герцогство под предводительством императора. Деньги, полученные от монополии на соль, также были самым большим источником дохода императора. Его легко можно было бы отвести в другую сторону и положить на него свою руку.
Оллистер на мгновение задумался.
- В худшем случае ваш отец будет иметь отношение к мятежу против Империи, после смерти своей королевы. А даже если и нет, то все равно выяснится, что королева Ельмэя приложила руку к соляной монополии империи. Тогда император Джарго никак не сможет оставаться безучастным.
- Я не могу вмешиваться во внутренние дела других стран, а вот королю Ельмэя тоже придется проявить свою искренность.
Таким образом, это означало заставить короля отречься от престола под давлением Империи. А наследник его, герцог Оллистер примет правление на себя.
- Я делаю это не только для Вас, Ваше Высочество. И исполнить все это я могу, только если буду в империи, - спокойно сказала Рейлин.
Оллистер молчал.
- Все, что должны сделать Вы, Ваше Высочество - это вовремя принять меры необходимые по этому делу. Если вы скроете, что мы сегодня встречались здесь, никто не усомнится в вас, - закончила Рейлин, привыкая к тому, что дрожь её тела прекратилась
Она спокойно ждала, пока Оллистер подумает.
Оллистер всю жизнь страдал от отца и воевал с мачехой, с которой у него были плохие отношения. Он также знал, что отец его предаст, даже если он внесет вклад и сделает свою страну богатой.
Если бы он мог избавиться от них двоих, не услышав слов о том, что он виноват, ему больше нечего было бы желать.
Если Рейлин добьется успеха, он может быть коронован без каких-либо моральных препятствий. Если она потерпит неудачу, он ничего не потеряет.
И как только он будет коронован, способ причинить ему вред, которым может воспользоваться Рейлин, исчезнет.
Для Оллистера это решение обеих проблем одновременно.
Если бы он также мог иметь некоторые активы Дегарского герцогства, это было бы большой прибылью.
Рейлин хорошо знает Оллистера. Она знала его не меньше, чем он знал её. Так что для неё не было секретом то, что это предложение приемлемо для него.
Оллистер посмотрел на Рейлин с озадаченным лицом. Рейлин без сил сидела на ковре перед камином.
- Ты умна. Наследник, которого вы родите, должен родиться с очень хорошими качествами.
- Так вы принимаете мое предложение или нет? - спросила Рейлин, почти согревшись.
Оллистер рассмеялся. Затем он подал ей руку.
Рейлин взяла его за руку и едва поднялась. Ее усталое тело почти не двигалось, поэтому было трудно оторваться от пола.
- У меня тоже есть предложение, - сказал герцог.
- Какое? - Рейлин наклонила голову.
- Разве цель маркизы не в том, чтобы сделать Великого Герцога Ормонда императором? Что делать будешь после того, как закончишь? - сказал Оллистер, держа ее за руку.
- Вы хотите сказать, что после собираетесь позвать меня на службу в герцогство Ельмэй?
- Нет. Я говорю, что можешь прийти ко мне как женщина, - говоря это Оллистер, поднес её руки к своим губам и посмотрел в её глаза. Дыхание Оллистера проходило сквозь ладонь Рейлин, так он пытался согреть её руки. – Если Великий Герцог Ормонд - твой единственный господин, тебе не нужно подчиняться ему после того, как все будет сделано, верно? В конце концов, ты все равно не собиралась бы оставаться на публичном месте?