- Нет, не то, крепость… Вы оставили крепость?!
Нет ничего необычного в том, что оборона крепости может быть сломлена. Поскольку она потеряла сознание, Рейлин не знала всего о том, что происходит. Однако нетрудно было догадаться, что кто-то в крепости сообщил Оллистеру о секретном проходе.
Кроме того, охрана обыскала их и не обнаружила шпаг и дымовых шашек. Также было очевидно, что в бою были понесены потери, даже в замке Ормонда люди могли погибнуть и получить ранения.
Самая большая проблема заключалась в том, что доверие Великого Герцога было подорвано.
Рейлин прикусила нижнюю губу. Она чувствовала себя ответственной.
Это не была вина Рейлин. Потому что она не участвовала в обороне крепости. Однако нельзя было отрицать, что основная причина была в ней. Если бы Рейлин не было в крепости, Оллистер не зашел бы так далеко.
Виттор коснулся подлокотника кресла. Словно застряв в кресле, Рейлин попыталась отодвинуть свое тело.
- Это важнее для вас? Волнуетесь за крепость?
- Что?
- Вам больше нечего мне сказать?
Рейлин колебалась.
Она не могла хорошо думать. Она была истощена и морально, и физически, а Виттор был слишком близко.
Когда, перед Оллистером, появился Виттор, ей показалось, что её сердце остановилось.
Она думала, что сможет сама убедить Оллистера отпустить её. Но, конечно же, ей было не все равно придет ли кто-то её спасать. Она не боялась смерти. Однажды она уже была мертва. Но она не хотела умирать, не увидев Виттора ещё хотя бы раз. Теперь, когда она впервые живет как счастливый человек, она не хотела уходить из этой жизни. Она хотела узнать любовь.
"В вашем сердце всегда был Великий Герцог Ормонд, так что в этом нет ничего необычного."- вспомнила она слова Оллистера. Рейлин отрицала это, но его слова постоянно повторялись у нее в голове, и она не могла забыть их. Когда он сказал, что заставит её забыть обо всем, её сердце на мгновение дрогнуло.
Но она была счастлива, что Виттор пришел на помощь, но стоило ли оно того? То, что он потерял, было слишком велико.
Виттор посмотрел на нее.
Рейлин увидела горящий огонь в его темных глазах и себя, дрожащей.
У нее выступили слезы на глазах, а потом они потекли.
- Рея, - сказал герцог, склонившись над Рейлин.
- Мне жаль, – она решила извиниться.
Гнев и разочарование, которые он чувствовал, были вполне понятны. Ему было трудно скакать прямо к этому месту по снегу и холоду. Если крепость была бы разрушена, последствия были бы немалыми. Но Виттор поставил её выше этого. Он пришел, чтобы спасти её. Но она сказала ему отпустить врага.
Она не заслужила того, чтобы быть такой грустной, как он заслуживает того, чтобы быть счастливым.
Однако тело, дошедшее до предела, не слушалось.
Так было всегда.
Было легче убедить Оллистера. Говоря о Великой стране, она могла быть рациональной. Она могла бы защитить себя, даже если бы Оллистер угрожал ей ножом под шеей.
Даже сейчас. Если бы Виттор холодно спросил ее, почему она сказала ему отпустить Оллистера, она могла бы придумать десятки изощренных оправданий.
Но перед человеком, который ей нравился, которого она боготворила, она всегда была в растерянности.
Виттор протянул руку и встал перед ней на колени. Рейлин рефлекторно закрыла глаза и согнулась. Он обхватил рукой её лицо и большим пальцем вытер слезы.
Его осторожное прикосновение, было подобно прикосновению к тонкому стеклу. Рейлин глупо посмотрела на него.
Лицо Виттора приблизилось.
Их губы соприкоснулись.
Этот поцелуй был совершенно не похож на их первый поцелуй, когда он желал ей спокойной ночи.
Рейлин затаила дыхание. Виттор отодвинул её волосы одной рукой, а другой обнял.
Она, как-то не смело, боролась с ним. Но так и не смогла вырваться из рук Виттора.
Температура тела резко подскочила. Она не знала, был ли это жар её тела или это пламя страсти, горящее в его груди, передавалось и ей. Ее руки и ноги покалывали. Горячая кровь, казалось, растекалась по венам ее тела.
- Ваша Светлость…
Рейлин приложила руку к его груди. Она не могла понять, сделала она это потому, что ей некуда было опереться, или она пыталась оттолкнуть его.