- Леди Бет.
- Вы хорошо сделали, что простились. Вы ведете себя не так, как столичные жены, они носят красивые одежды, делают, что хотят… Как бы загладить вину за то, что было.
Бет сказала, что она не загладила свою вину, но пыталась это сделать.
- Однажды я поняла, что Одри была не просто незрелой, она считала себя Леди Великого Герцога. Я поняла, что так не должно быть, но было слишком поздно.
- Независимо от того, как воспитывают их родители, люди живут по своей природе, - ответила Рейлин тихим голосом.
- Да. Некоторые люди не меняются, как бы их ни учили. И все же я сожалею об этом. Возможно, она была другим ребенком.
Бет пролила слезы.
- Его Светлость Великий Герцог провел свое первое сражение в шестнадцать лет, как и мой отец. Если бы Одри была вооружена и размещена на крепостных стенах ворот Акер, она могла бы понять, почему Ормонд были верны…. Мне жаль.
Она извинилась перед Рейлин, согнув спину. Ее слезы падали на каменный пол храма.
Рейлин глубоко вздохнула.
- Вы были хорошей старшей сестрой. Вы не должны сомневаться в этом.
Слова зависти к Одри застряли у нее в горле. У Одри было все, что она хотела. Рейлин знала, что если бы она была на месте Одри, у нее не было бы ничего другого, что она хотела бы иметь или делать в этом мире. У нее были любящие родители и хорошие старшие сестры, так что просто наслаждаться этим счастьем было бы достаточно для ее жизни.
Рейлин снова вздохнула.
Оставив Бет на своем месте и выйдя, она заметила, что ее кто-то ждал.
- Вы закончили прощаться с фрейлиной?
- Священник…..?
Хотя она видела его лицо, она никогда не разговаривала с ним лично.
Рейлин склонила голову и поприветствовала священника.
- Мне нужно кое-что сказать вам, всего минутку. Пожалуйста, пройдите сюда, - сказал священник тихим голосом.
Священник поманил ее за собой.
- Скоро с похорон вернутся остальные священники. Я хочу кое-что сказать перед этим, Ваша Светлость.
Рейлин была несколько удивлена.
У священника не было причин искать ее в такой спешке. Тем более, если он обычный священник.
Конечно, чины жрецов отличались от чинов простых людей. Даже дворяне обычно относились к священникам с достаточной учтивостью.
Даже у людей, совсем не верующих, речь самопроизвольно менялась перед священником.
То же самое было и с Рейлин.
Так что нет закона, запрещающего разговаривать с ней только потому, что он обычный священник.
Но Рейлин была Великой Герцогиней. Всякий раз, когда они приходили помолиться официально, их приветствовал епископ или, по крайней мере, высокопоставленный священник.
А, поскольку у них не было близкого знакомства, она не могла прийти и последовать за ним.
Тем более, что ему есть что ей сказать, когда нет других священников.
Тело священника пахло грязью и пылью, как будто он вернулся в спешке. На его ботинках тоже была грязь.
От главного входа в городе до места захоронения все тротуары вымощены камнем.
Наличие грязи означает, что он улизнул через черный ход. Или бежал по проселочной дороге.
О чем он хотел поговорить?
Рейлин слегка кивнула. И она последовала за священником.
Рандолф молча последовал за Рейлин.
Место, куда священник привел ее, было его резиденцией.
- Пожалуйста, подожди здесь, - сказала Рейлин Рандолфу у двери.
- Если я останусь, Ваша Светлость может считать меня покойником.
Он уже предполагал, что его жизнь - ничто. Как сказал Виттор, он был здесь только потому, что от него больше толку, ведь нет более компетентного эскорта.
Он по-прежнему полон решимости быть с Рейлин как с мечом, пока в следующий момент ему не придется отдать свою жизнь.
Но Рейлин покачала головой.
- Оставайся здесь. Священник боится.