- Золушка, — шепчет он, он меня теперь постоянно так называть будет? Вибрации его телефона заканчиваются, но через пару секунд возобновляются снова.
- Сука, — ругается он и наконец оставляет меня, поднимаясь с кровати и доставая телефон из кармана брюк. От его отсутствия становится холодно, и я инстинктивно прикрываюсь руками. — Скажи, что у тебя что-то срочно, или я тебе шею сверну, — рычит в трубку. Он внимательно слушает, из его глаз тут же пропадает все желание, что было десять секунд назад. — Когда?... Сколько?... Где?... Хорошо, выезжаю, буду там через сорок минут. Легче со словами и не ебни там никого, — говорит и сбрасывает звонок, убирая телефон обратно в карман.
То, что он уходит, я поняла сразу, и вроде это меня должно порадовать, что все не зашло слишком далеко, но на душе становится горько, в горле ком встает, а глаза начинает щипать от подбирающихся слез, но ему я этого показывать не собираюсь, поэтому терплю из-за всех сил.
- Золушка, мне нужно ехать, — говорит Эйб, застегивая параллельно рубашку. — Я приеду, и мы продолжим, а потом я обещаю, мы сходим с тобой куда-нибудь. Мужей, театр, выставки или куда вы, девушки, обычно любите ходить. — обещает он, говорить нет сил, да и если начну, не сдержусь и зареву. Просто киваю и натягиваю улыбку, быстро коснувшись моих губ в поцелуе, и уходит, оставляя меня одну.
На удивление, я после его ухода плакать расхотела. Только сидела и краснела, вспоминая всё, что между нами произошло. Его упругое накаченное тело, его темные глаза, я видела в них его желание ко мне, то, как он касался меня, и то, что он делал с моей грудью. Перед сном решаю сходить в душ, чтобы привести мысли в порядок. Долго стою под прохладными струями воды. После ванной долго лежу в кровати, неспособная уснуть, мыслями постоянно возвращаюсь к нашему поцелую. Проворочавшись так очень долгое время, мне всё же удается уснуть, но ненадолго.
Глава 11
В дверь раздается звонок, затем еще один. Еле открываю глаза, в которые словно песка насыпали, смотрю на время, три часа утра. Я поспала от силы часа два. Поднимаюсь с постели и иду в коридор, даже не посмотрев в глазок, просто открываю дверь. Сон как рукой сняло, спать больше я не хотела. На пороге стоял мужчина из клуба, с кем сидела Ленка, и держал об плечо Эйба. Я смотрела на них и моргала, на большее я была не способна. Ибрагим держался одной рукой за правый бок, откуда сочилась кровь. На ногах он, по всей видимости, держался только благодаря своему упрямству.
- Слушай, кукла, отойди в сторонку, - привлекает мое внимание мужчина. Я словно из транса выхожу, быстро пропускаю их в квартиру и, закрыв дверь на замок, указываю, куда его положить.
- Марс, - рычит Эйб.
- Ладно-ладно, герой-любовник, понял, не тупой.
- Что случилось? - спрашиваю, наблюдая за всем происходящим.
- Сама у него спросишь, - Марс, как его назвал Ибрагим, уходит из комнаты, когда слышу, что шумит вода, понимаю, что он пошел в ванну. Возвращается он уже с ведерком горячей воды и полотенцем.
- Ева... Правильно? - спрашивает, киваю. - Водка или спирт есть? - как болванчик начинаю кивать и бегу на кухню. Водка у меня оставалась еще со времен института, когда мы с Ленкой на последнем курсе экспериментировали над коктейлями.
Приношу всё, что меня попросили, и сажусь в кресло, что стоит в углу комнаты, с такого ракурса мне было не видно, что именно делал Марс, но оно и к лучшему. Обзор на место ранения мужчина закрывал собой, всё, что я могла увидеть, это лицо Ибрагима, ему явно было очень больно, но он этого не показывал. Прежде чем Марс начал манипуляции с его раной, Эйб делает пару глотков водки прямо из горла, после передает другу, тот, в свою очередь, просто поливает ей рану и, вооружившись щипчиками для бровей, которые еле нашла в своей комнате, начал ковырять в ране. Пару раз Ибрагим, конечно, поморщился от боли, но это всего пару раз. Марс же только матерился как сапожник, проклиная и мои щипчики между делом. Через двадцать минут мужчина закончил с раной, бросил инородный предмет в ведерко с теплой водой и наложил повязку на рану, после замотал бинтом.
Я осторожно поднялась с кресла и медленно подошла к кровати, заглянула в то самое ведерко, куда Марс сбросил то, что вытащил из тела Эйба. Маленькая серебряная пуля лежала на дне, уже далеко на прозрачной воде. Я сглотнула вставший в горле ком и взглянула на Ибрагима. У него под глазами залегли темные круги, губы пересохли, и дышал он глубоко. От представшей моим глазам картины я начала переживать, а не стоит ли его увезти в больницу? Разве это нормально вот так проводить такие манипуляции, а если зараза какая попадет?