— А ты кто такой чтобы так судить о нем? — начала я, когда снова обрела дар речи, — Ты нечего не знаешь, так что прошу, не говори то, о чем пожалеешь.
Он наклонился еще ближе и зарычал:
— Рыжая. Не беси меня, я могу быстро закрыть тебе рот. — он снова высказал свое мнение совершенно ясно, и мой разум мчался, пытаясь найти решение этой новой дилеммы, в то же время я боролась с желанием рвануть со всех ног, как только могла, и смыться прямо, черт возьми, сейчас из этого дома.
С усилием я взяла себя в руки.
И сказала:
— Попробуй, и я обещаю тебе ты тоже за это заплатишь.
— Ты все никак не уймешься? — спросил он, выглядя еще более сердитым.
— Никогда. — заявила я, и он открыл рот, чтобы ответить, лицо приняло жесткое выражение, глаза сверкали.
— Такая маленькая, мне не составит никакого труда выбросить тебя из этого дома. — теперь он начинает грубить.
Тогда-то я и вышла из себя, сама не знаю почему. Я была не из тех, кто может выйти из себя. Когда планируешь каждую секунду своей жизни, редко выходишь из себя. Осторожность и потеря спокойствия не идут рука об руку.
Но я потеряла свое спокойствие.
Уперла руки в бока, шагнула к нему и приподнялась на цыпочки, чтобы уставиться в лицо.
— О, Боже, — прошептала я. — Ты придурок. Полный придурок. Мерзкий. — рявкнула я.
— Скажи это снова, и посмотрим что будет.
Я также поймала себя на том, что его глаза все еще прожигали меня. Я чувствовала, что он все еще сердится, но было еще что-то, чего я не понимала, потому что фактически его не знала, не могла правильно понять выражение его лица. Но что бы это ни было, это было пострашнее, чем его злость, которая, честно говоря, была достаточно пугающей.
— Ты меня услышал, не смей больше мне угрожать. Я тебя не знаю, и ты меня не знаешь. — враждебно настаивала я, хотя не хотела этого. Не потому, что я считала, что он был прав, а потому что он был придурком. Огромным придурком.
Некоторое время он разглядывал, при этом выражение его глаз изменилось. Я готова была поклясться, как видела своими глазами, как гнев буквально сочился из его глаз и было что-то еще, связанное с интересом, что-то разгоряченное, что-то гораздо более пугающее меня.
— Вы закончили? — Услышали мы оба и повернули головы, возле стены с правой стороны стоял Виктор и смотрел на нас.
— Забирай эту стерву и убирайтесь отсюда.
Виктор подошёл ко мне, обнял за плечи и спокойно проговорил.
— Это мой дом тоже, не забывай. Я не знал что ты приедешь так рано. Ты же уехал к своей ненаглядной, или что снова отправила тебя восвояси? — Виктор говорил спокойно но можно было понять что он не в восторге от происходящего. — Знаешь я все ни как не могу представить тебя отцом, вообще никак.
— Проваливай — приказал мужчина на против нас.
Виктор взял меня за руку и повел прочь, по пути задел плечом мужчину.
— Не забывай про работу, ты нужен мне сегодня. — услыша я его голос.
— Не забуду.
Я подождала, пока пальцы Виктора не перестанут сжимать руль до побелевших костяшек, прежде чем высказать свое мнение.
— Мудак. Какой же он мудак.
Он взглянул на меня.
— Это мой брат.
— Как можно быть таким? — буркнула я.
— Я тебя предупреждал, стояла бы за дверью такого бы не было.
Я посмотрела на него и сморщилась.
— Да что не так то? Тайны, они у всех есть. Я на вас не работаю, не хочу быть живым трупом. Мне плевать чем вы занимаетесь. И мне все равно, если это было преступление. Я не хочу быть вовлечена в еще какие-то незаконные вещи. Я не буду сбывать для тебя наркотики или еще что-то в этом роде.
Виктор разразился смехом.
— Дак вот о чем подумала? Я оружейник и специалист по безопасности, все что ты видела это моё. Да я могу убить, но Фил он главный, а я порой его замещаю, но мы простых смертных не трогаем.
— Держу пари, ментам это понравится. Господи, вы же в любой момент можете за решеткой оказаться. — изумилась я.
— Во первых к нам не так легко попасть. Каждого человека проверяют. И мы не заставляем их нанимать себя. А теперь спроси себя, кто их проверяет? Мы работаем на них, просто немного по другому. Мы все занимаемся этим, это коллективная работа. Учитывая вид бизнеса, один владелец упрощает бумажную волокиту.
— Значит вы, парни, не делаете ничего нелегального? Все это законно? Но как же… Люди умирают, я не о своей сестре сейчас.
— Нам дают наводку от кого избавиться, мы потихому это делаем. И думаешь, я бы сказал тебе, если бы мы делали что-то незаконное? — спросил он и казался искренне заинтересованным ответом.