Фил повернулся ко мне и лучезарно улыбнулся, а я не удержалась и улыбнулась ему в ответ так же открыто и смотря ему прямо в глаза, мужчина поднял наши переплетенный руки и поцеловал тыльную сторону моей ладони и продолжил рассказ.
— А вот у Гелиоса управлять колесницей получалось мастерски — Фил так самодовольно заулыбался, будто говори не о боге солнца, а о себе — Когда его колесница выезжала из-за Океана, все звезды тут же разбегались и прятались во тьме. Мир преображался, наполняясь красками, чем выше его колесница поднималась, тем ярче было все вокруг. Верхушки гор так вообще словно горели в огне. Сразу видно руку мастера. Однажды Гелиос повстречал прекрасную Роду дочь Посейдона и Амфитриты и полюбил ее. В честь нее он назвал этот чудесный остров. Необыкновенной красоты, так еще и процветающий, достойный дар для достойной женщины. У них было семь сыновей и дочь Электриона, богиня раннего утра, которая ушла из жизни невинной девушкой. Родосцы ее почитали, как героиню.
Он умел рассказывать так, что мне хотелось его слушать и слушать. Заканчивая рассказывать одну легенду, он начинал другую, а я слушала и наслаждалась. И прекрасно понимала Шахрияра, которому Шахерезада рассказывала ночи на пролёт свои сказки. От этого сравнения я не удержалась и усмехнулась в голос, а потом посмотрев на растерянное лицо Фила стала и вовсе хохотать в голос. Мне пришлось поведать мужчине, что же меня так рассмешило, а то вдруг перестанет повествовать мне свои сказки, приняв мой смех на свой счёт. Филиппу тоже понравилось моё сравнение и вот мы уже идём и вдвоём хохочем, придумывая разные ситуации, где я, как капризный султан, разочаровавшийся во всем мужском роде, использую каждую ночь нового, а на утро отправляю на казнь, самка богомола, одним словом. А он прекрасный спаситель всего мужского рода решил околдовать меня своими сказками.
— Лесь, знаешь если ты пойдёшь замуж за меня я готов буду не только сказки каждую ночь тебе рассказывать
— Шахрияр женился на Шахерезаде только после сказок, а ты всего лишь первый день мне их рассказываешь так не пойдёт, милый.
— Я тебя услышал, Леська, будут тебе сказки каждую ночь.
9 глава
Леська начала меняться. Она, правда, отрицает это. Но больше нету той неприступной холодной женщины. Теперь рядом со мной ласковая кошечка, которую постоянно нужно обнимать, дарить легкие поцелуи в висок или в носик, которая не выпускает мою руку из своей и уже третью ночь подряд просит, чтобы я остался ночевать в ее номере. Я чертов счастливчик! Сам себе завидую. Каждая минута моего незапланированного отпуска рядом с ней, стоит последующих бессонных ночей на работе, да в принципе и здесь, я ночью вместо сна предпочитаю работу. Стоит только Олеське уснуть в моих объятиях, как я тут ухожу в кресло с ноутбуком и документами. Ломаю глаза от низкого освещения монитора, стараюсь как можно тише шуршать бумагами, боюсь разбудить девушку, так сладко спящую на кровати. Но и полностью забить на работу у меня не получается.
Пока изучаю документы, отчеты, рассылаю указания заму все ровно так или иначе прислушиваюсь к каждому шороху со стороны кровати. Как дурак умиляюсь, когда девушка стискивает мою подушку в крепких объятиях и зарывается носом в нее. Хочется сразу отставить ноут нафиг подальше и вот так же сжимать саму девушку.
Все же не выдерживаю встаю и иду в ванной, умываю лицо холодной водой, пытаясь освежить голову и настроиться на работу. Нужно все-таки думать что-то с автосервисами, у нас скоро будет малыш и мне хочется, чтобы у него было все, о чем может пожелать. Я и сейчас не бедствую и какой бы кризис или другая нестабильная ситуация не была в мире или просто в стране, я точно не разорюсь, но все же надо смотреть далеко вперед. Пока споласкивал лицо, в голове просчитывал возможные варианты открытия сервиса, так ушел в себя, что не заметил, как ко мне подкрались со спины обнимая за талию и теплой щекой прижимаясь к щеке. Мое сердце тут же отвечает на такое скромное проявление чувств, начинает биться в ускоренном темпе, будто хочется выбраться наружу к своей душе.
— Ты опять не спишь — не вопрос, а простая констатация факта. Спокойным голосом без упрека или удивления