Жанна скуксилась и, покинув насиженное место, одернула юбку.
— Ну да, секретарем.
В ее тоне так ни грамма субординации и не прозвучало. Придется учить.
— Я, конечно, не работал пока в России, но не думаю, что основы трудовой дисциплины здесь сильно отличаются от европейских. К тому же не поверю, что мой отец разрешал тебе сидеть у него на столе. Я прав?
— Но, Эмиль, я просто подумала, что… — она замялась.
Эх, не надо было вчера слушаться отца и везти ее обедать. Видимо Жанна сделала неверные выводы. А я же просто хотел в приватной обстановке разузнать, чем дышит наш головной медицинский центр, а в частности — Катя Мягкова. Толком ничего не узнал, а проблем нажил.
— …В общем, прости, я поняла. Больше не буду.
К счастью, она выбрала правильную линию поведения.
— Надеюсь на твое понимание, Жанна. На работе — только работа и обращение ко мне по имени-отчеству. Эмиль останется только на семейных сборищах. Договорились?
Парова покраснела, глаза ее блеснули злостью, но, закусив губу, она кивнула и удалилась.
Так-то лучше. Ничего-ничего, пусть испытывает неприязнь, но не лелеет романтические фантазии.
Я, само собой, не монах, но и не кобелина дикий, который кидается без разбора на все, что шевелится. Мне всегда в отношениях хватало одной женщины. А сейчас у меня все мысли заняты Катей и ее секретами, которых, судя по всему, немало.
Честно говоря, я вообще не ожидал, что Катюша окажет мне такой «теплый» прием, как оказала вчера. Думал, удивится, максимум — смутится, потом обрадуется, а она по-настоящему перепугалась. Когда Катя сказала, что у нее кто-то есть, я психанул. Все же мысль о том, что она любовница отца, меня в глубине души не отпускала. Но когда приехал домой и начал анализировать все события и разговоры, а в особенности беседу с Жанной, понял, что Катя точно не связана с отцом романтическими отношениями. И тогда крепко задумался над причинами ее поведения.
Парова вообще почти на каждого сотрудника дала язвительную характеристику, а про Катю сказала, что она последний год ходит как пришибленная пыльным мешком и ни с кем, кроме врача, с которой работает, не общается. Нет, такого бы она никогда не сказала о любовнице моего отца. Да и не ведут себя так особы, приближенные к телу босса. И тогда мне пришло в голову единственное объяснение: у Кати что-то произошло год назад, что заставляет ее бежать от отношений. Иначе почему она боится даже в сторону мою смотреть? Может, она неизлечимо больна? Это вписалось бы в факт ее отдыха на вилле отца — пожалел больную сотрудницу и отправил на море за свой счет.
Да вот только она вообще в Испании на больную похожа не была! Хотя сейчас вот пришла ко мне бледноватая, и синяки под глазами. Да и вчера выглядела уставшей… А вдобавок ко всему слишком подозрительным выглядело то, что Катя не ухватилась за мое предложение двумя руками в ту же секунду, как услышала. Это вообще ввергло меня в изумление. Я решил во всем разобраться и, если ей нужна помощь — помочь. Ну и, признаться, она мне очень нравилась, и то, что за месяц я о ней не забыл, говорило о многом.
Привычно потер сердечки на цепочке, что спрятана под манжетой, и улыбнулся, вспомнив тот наш момент. Нет, я так дело не оставлю, а тайна Кати подстегивает азарт еще сильнее. Ведь гораздо желаннее то, что приходится завоевывать, а интереснее то, что приходится разгадывать.
Ну и, чего греха таить, я никогда не поверю, что Кате неприятен. Она хоть и скрывала свой интерес очень тщательно, но язык ее тела говорил, что я ей нравлюсь.
Что ж, придется провести следствие. И я даже знал, с чего его начать — с бабулек, что каждый день сидят у подъезда. Можно было бы попробовать поговорить с Аллой Звягинцевой, которую Жанна называла Катиной близкой подругой, но глубоко сомневаюсь, что она мне выдаст личную информацию своей медсестры. Вчера гинеколог явно ее покрывала и прятала. Ну а бабульки… они очень общительные — я знаю. Мне мать много про них рассказывала, когда воспоминала свою жизнь в России. Говорила: много кому они жизнь попортили, но бывали и те, кому своей бдительностью они ее, наоборот, спасли.
Ехать в Катин двор решил часам к пяти. На улице в это время уже не так жарко, и наверняка лавка пустовать не будет, а Катин рабочий день еще не закончится — она сегодня до восьми. Времени у меня будет полно.
Только надо закончить текущие дела и позвонить матери, проконсультироваться: как найти подход к главным информаторам.
Не теряя времени, я впрягся в дела.
Освободился как раз к четырем и набрал мать уже по дороге к машине.
— Привет, ма. Нужна помощь.