Кирилл зажёг камин и приглушил свет, оставив подсветку. Мы включили ёлку, которая сверкала цветными огнями и сели в обнимку возле камина с бокалом вина в руках. Я видела, что парень старается меня не торопить.
- Я хочу выпить за тебя - за девушку, которая принесла в мою жизнь счастье и радость. Жень, спасибо тебе за все. Ты наполняешь мою жизнь смыслом. Я никогда не верил в любовь с первого взгляда и никогда никому не признавался в любви, - Кирилл смотрел мне в глаза. - Женя, я тебя очень сильно люблю, - сказал парень.
- Я тоже тебя очень люблю, - ответила я. - И тоже никогда не говорила этого никому. Ты первый и единственный мужчина в моей жизни, - я решила признаться, немножко смущаясь.
- Женька моя, - парень прижал меня к себе. - Ты только моя, слышишь? Никому тебя не отдам.
- И я никому тебя не отдам, - я прижалась к губам парня.
Кирилл забрал мой бокал и отставил их в сторону.
- Жень, ты точно этого хочешь? Я могу остановиться, - парень давал мне последний шанс.
- Иди ко мне, - я сильнее прижалась к Кириллу.
~
Кирилл
Я держал девушку в своих руках, осознавая, что она только моя. В следующий момент она потянулась ко мне. Я почувствовал дрожь облегчения, предвкушения, вожделения. Обняв за шею, Женя пригнула мою голову навстречу своим губам.
Я впился в ее рот с отчаянием и неутолимой жаждой, сгорая от нетерпения овладеть ею, а Женя, как плющ, обвилась вокруг меня всем телом, прижимаясь грудью к моей груди, закинув длинную ногу на мое бедро. Она не могла сдержать стон. Я оставил последнюю попытку сдержать себя. Я поднял её на руки и отнёс на второй этаж.
Ее вкус преследовал меня в течение двух последних дней, тихие вздохи звучали в ушах. Ни одна женщина не овладевала так моими мыслями, никогда не казалась такой недоступной. Во мне проснулся инстинкт собственника. Я признавался себе, что Женя лишает меня рассудка.
Я скользнул руками по стройной спине к округлым ягодицам и узким бедрам. Мне хотелось трогать ее везде, изучить каждый сантиметр прекрасного тела. Женя со страстью отдавалась моим грубым ласкам, ерзая и постанывая от наслаждения, словно ее тоже охватило безумие.
Запустив пальцы в ее волосы, я обхватил голову, склонил к жадным губам. Локоны, как шелк, скользили по пальцам. Я упивался ее ароматом – запахом лета и луговых цветов. Так пахла только она - моя Женя. Чем больше я трогал ее, гладил, ласкал гладкий лоб, заалевшие губы, пульсирующую жилку на шее, нежные мочки ушей, тем тяжелее мне было себя сдерживать. Я не хотел пугать девушку, зная, что для нее все впервые.
– Кирилл…
Чувствуя ее губы на горячей шее, я приподнял ее лицо: еще одно касание – и я сорвусь. Она снова шепнула мое имя, прозвучавшее одновременно, как изысканная ласка, поощрение и команда. Слетевшее с губ слово вернуло меня к реальности, немного охладило безумный жар. Я не мог взять ее как обычную женщину не потому, что она девушка, а потому, что для меня она была особенной.
– Повторяй мое имя, – попросил я, пытаясь найти молнию или застежку, чтобы раздеть ее.
Обнимая меня за шею, прижимаясь губами к моим губам, она продолжала нашептывать:
– Кирилл…
Нетерпеливой рукой я стянул рукава черного платья с ее плеч, коснувшись затвердевших под тканью сосков. Женя издала низкий, горловой звук, она не сводила с меня глаз. С тихим шуршанием легкая ткань скользнула к ее ногам. Девушка осталась в одних трусиках. Я отступил, чтобы лучше видеть ее. Дыхание замерло в груди. Казалось, всю жизнь я мечтал увидеть Женю обнаженной, но не догадывался об этом. Я забыл обо всем, поглощенный зрелищем великолепного тела.
Для девушки, которая никогда не была с мужчиной, она вела себя смело, не отвернулась, не прикрыла грудь. Откинув стройные плечи, она смотрела мне прямо в глаза, но дрожащие ресницы и губы выдавали смятение.
Ее грудь была тугой и округлой, а соски набухли под моим жадным взглядом. У меня пересох рот, дыхание сбилось. Ее фигура была безупречной: плоский живот, округлые бедра, длинные стройные ноги.
За несколько секунд эрекция стала болезненной. Никогда я так не возбуждался, просто глядя на женщину. Если она дотронется…
~
Женя