Она меня боднула большой головой и показала на свою спину. Я с трудом встала и на оду ногу. Кошке пришлось лечь на живот чтобы я забралась ей на спину. Легла и взялась осторожно за шерсть. Она, конечно, меня любит и воспринимает своим котенком. Но не обрадуется если я буду лишний раз буду дергать за шерсть.
Пантера не спеша пошла на выход из пещеры. Выход был долгим и запутанным. Когда вышли она сразу отнесла меня к ручью, и я смогла напиться и помыться. А Багира поймала кролика, и подтолкнула мне. У меня тошнота подступила к горлу от мысли что я буду есть сырое мясо. Приемная мать поняла меня, видимо слишком несчастный вид был у меня. Она фыркнула мол беспомощный ребенок. Рыкнула мне чтобы я оставалась тут и убежала. Вернулась через час. И то, что она принесла порадовало меня и заставило улыбнуться. Она обокрало кого-то в племени. Принесла самодельную сумку с огнивом, ножом и бурдюком. Я поцеловала Багиру в нос. Меня лизнули в ответ и подтолкнули сумку. А потом она, посмотрев на мю ногу пошла собирать хворост. За несколько ходок принесла пару больших веток. Я ломала их и складывала костер. Потом разделала кролика отдав ей большую часть. А остальное зажарила. Пока я готовила Багира вылизывала мою больную ногу. И от этого не хитрого действия боль и припухлость проходила.
– Я люблю тебя Багира.
В ответ услышала довольное урчание. И тихий рык, мол доедай и нужно двигаться дальше. Иначе дикари меня найдут и убьют. После еды набрала воды в бурдюк, вымыла руки и рот и снова полезла на пантеру, предварительно хорошо закрепив сумку на себе. До поселения людей мы добирались пару месяцев. Не знаю от куда пантера знала куда нужно идти, но целеустремленно несла меня именно в тот город.
– От куда ты знаешь, что именно сюда?
Она тихо рыкнула. Мол маленькая и глупая. Но когда добрались до города она ночью сходила в город и принесла мне одежду мужскую. А после боднула и проурчала, что это наше прощание и что больше она не может мне помогать и ей нужно вернуться.
– Спасибо тебе огромное, ты лучшая. И я тебя очень люблю.
Она довольно заурчала вылизала напоследок и убежала. А я пошла в город. Багира достала мне штаны мужские, штанины пришлось подкатить. А на талии закрепить сумку чтобы не потерять их. Рубаха была тоже большой и длинной. Подкатила только рукава, а подол не стала заправлять он закрывал сумку на поясе. Босиком я привыкла ходить за пять лет, и кожа сильно загрубела. В племени у меня вообще одежды не было, так набедренная повязка из шкур. Прохожие принимали меня за беспризорника. И делали вид, что не замечают. И тут меня ждал приятный сюрприз, я понимала их речь. Хоть что-то хорошее. Правда на этом плюшки закончились. Жилья нет, еды тоже. А в город находиться северней и тут холодней чем там, где племя жило. И к вечеру я стала замерзать.
С Багирой я могла греться, а тут нужно искать, где спрятаться. Пришлось залезть в чужой дом и тихо спрятаться в кладовой. И там же немного украсть еды. А еще до того, как люди проснулись уйти. Еще походив по городу, смогла умыкнуть другую одежу, или это кто-то выкинул? Но факт остается фактом одежда была явно женской, но тоже брюки, рубаха нижняя, подштанники, потом верхняя рубашка и жилетка, и жакет. А еще я нашла целое сокровище сапожки. Да они были сбитые и великоваты на меня, но обуви я очень давно не помню. В племени я очнулась голой. А одежда досталась на растерзание детворе. А еще через пару дней возле того же дома нашла потрепанные детские книги. В них не хватало страниц, но по ним можно было выучить письменность.
А потом гуляя по городу я нашла школу. Только была она платной. Но, рядом был дом и осторожно исследовав, я узнала, что в доме никто не живет. И судя по слою пыли давно. На свой страх и риск обосновалась в нем. Тут можно поспать в тепле, правда еды в кладовых нет. Но зато дом находился очень близко от школы. На столько близко что, открыв окно на втором этаже я могла видеть и слышать, что происходило в классе. Стала подглядывать и подслушивать уроки. Смогла немного разобраться с письменностью. Помогал местный букварь. Удручало, что не все страницы были и не все буквы я смогла выучить. Но зато цифры были такие же как в моем мире и с этим было все просто. А местная математика была для меня элементарна.
Моя нелегальная учеба продолжалась два месяца. Я просыпалась рано утром и сначала шла искать, где найти еду. Страшно самой себе признаться, но приходилось воровать объедки из таверны. Было и страшно, и мерзко. Пыталась просить те же объедки, так с меня посмеялись. А на работу никто не брал. Слишком мелкой и хилой я была. Сегодня, когда закончился урок, учитель подошел к окну и крикнул: