- Нет, мне никогда это и в голову не приходило, - я отодвинула штору и замерла с глупой улыбкой на лице. За стеклом, прямо передо мной, стоял Зак и тоже улыбался. Я открыла дверь и стояла, смотря на него, - Как давно ты тут стоишь?
- Ну, давно, – он подхватил меня под колени, - Увидел, как ты спишь, и не удержался, решил позвонить и сделать сюрприз. Я знал, что ты здесь…
- Откуда? – я взяла в ладони его лицо.
- Ну, во-первых, я сам просил Дилана привезти тебя. Уговорить любыми способами, только не выдавать, что я мчу на всех парах в машине к тебе. А потом вошел в спальню, кинул сумку, хотел прилечь к тебе, но боялся напугать. Вот тогда и решил, – он терся колючим подбородком о мою грудь сквозь ткань платья. - Говоришь, тебе надо в душ? Пошли, – и он ногой открыл дверь.
Вот так, когда он рядом, когда я вижу блеск его глаз, его похоть, его желание, я забываю обо всем на свете. Я - его. А он мой. И все уходило на второй план.
Мне нравилось стоять рядом с ним в душе. Нравилось скользить мочалкой, покрытой густой мыльной пеной по его телу. По сильным рукам, могучим плечам, мускулистой спине. Нравилось прикусить губу и водить ладонью по его ягодицам, и знать, что он усмехается, по-доброму. Нравилось присесть и вести мочалкой вниз по его ногам, от бедра до самой косточки на щиколотке. А потом заставить его повернуться и проделать весь путь в обратном порядке. И смотреть в его глаза, и тонуть в них. Нравилось мыть его волосы, когда он сидел передо мной на коленях и целовал. Сначала самый низ живота, потом спускался вниз. Оставлял влажный след на внутренней стороне бедра. И говорил, как он скучал по мне. Какой долгой казалось ему эта разлука. Как он мечтал оказаться во мне, почувствовать, что я только его, раствориться… И я сильнее вцеплялась пальчиками в его волосы на голове. И сильный каскад воды, что лился на нас сверху, сам смывал мыльную пену.
- Детка, тут скользко, боюсь упасть с тобой. – Зак выпрямился и взял в ладони моё лицо. – Давай выбираться?
И вот мы стояли перед зеркалом, оба закутанные в банные халаты. Я в желтый, а Зак в белый. И чистили зубы, за одной раковиной. Он позади меня, ловил в зеркале мой довольный взгляд и улыбался в ответ.
- Ты чего?
- У? – я не вынимала щетку изо рта. – Не жнаю, нишего.
Я зачерпнула ладонью воды и прополоскала рот.
- Ничего? – Он сделал то же самое, метко послал щетку в стаканчик и плотнее придвинулся ко мне. – Ну тогда и нечего ждать. Иди ко мне.
И вот уже его руки тянулись к узлу на поясе моего халата. Развязали его. Я видела в зеркале его горящий взгляд. И вот его ладони накрыли мои груди, мяги их, оттягивая соски. А моя голова чуть наклонилась к плечу. И не было никакого стеснения. И наши глаза встретилис там, в зеркале, чтобы держать этот зрительный контакт столько, на сколько хватит выдержки и сил.
- Ох, цыпленок! Как же я соскучился.
Мой халат упал на пол прямо у ног. Я закрыла глаза и почувствовала, как губы Зака оставляют мелкие поцелуи на моей шее, спускаются к плечу, к ключице. Как его желание сквозь махровую ткань настойчиво упирается мне в бедро. И вот он уже разворачивал меня, быстро и решительно, лицом к себе. И его губы целовали мою грудь, а мои руки тянулись к поясу на его халате. Я тоже хотела ощущать под ладонями гладкость его кожи. Но вскрик, мой короткий вскрик, когда его рот втянл в себя сосок, заставил забыть об этом желании. Я хотела его, хотела до боли во всем теле, до дрожи в ногах. И только судорожно втягивала ртом воздух, обжигая легкие, хваталась за него, боясь упасть.
Еще мгновение, и я сидела на тумбе, на самом краешке. И мои ноги оплели его тело, на спине. И… он во мне. Весь. Только мой. И я только его.
- Ох, Лекси! Моя! Любимая. Родная. Единственная. Желанная.
Медленно и размеренно. Упоительно и страстно. Нежно и мучительно.
Он возвращался ко мне.
- Мой, мой, мой…
- Да, детка, твой. Только, твой.
И вся Вселенная, с мириадами далеких звезд услышав эти слова, летела ко мне, поглощала, разрывала на сотни мельчайших атомов. Спутывала наши тела, наши души. А потом медленно возвращала назад, на землю, в его спальню, в его кровать, в его надежные объятия…
- Цыпленок! – Зак вытаскивал свою руку из-под моей головы, - Поспи еще, еще рано…