«Конечно нет! глупые дурочки влюбились в своего кумира, в экранный образ, а ты в реального человека».
И что? Мне не нужна эта любовь. И я справлюсь с ней, к чему все это, если я, если он, если мы… я уткнулась в подушку и заревела. Нет, только не я, только не со мной! В кого угодно, хоть в самого дьявола, но не в этого человека. И что мне делать? Я немного успокоилась и стала перебирать в памяти все наши встречи с ним. Благо, их было не так уж и много.
Тот день, когда мы первый раз столкнулись с ним на улице. Его удивление, когда я сама, первая, налетела на него и стала отчитывать. А он улыбался, глядя на меня. И потом, когда он привез мне этот планшет. Но он копался в нём! Выуживал всю доступную информацию обо мне. Но и получил за это сполна, я усмехнулась. А потом привез, спящую, в свой дом. Разве кто бы другой, на его месте, стал бы возиться с глупой девчонкой? И он такой веселый, когда знает, что за ним не охотятся папарацци, и он может просто быть самим собой. И на пляже, да, с ним я чувствовала себя увереннее. Да и в парке, когда я в страхе прижалась к нему. Он же не оттолкнул, а сидел и успокаивал, и гладил по голове. И сегодня, черт, да я была просто уверена, он и сам хотел меня поцеловать! И поцеловал бы…. Да, он другой, не такой, каким его видели все. И разве можно было в него не влюбиться? Нет… вот, я и попалась. И что мне делать?
«Взять себя в руки!» О! настоящая «я» наконец-то проснулась!.. Пойти умыться, привести себя в порядок, и выкинуть эту чушь из головы. Я приехала сюда учиться, вот и надо окунуться в учебу с головой. И тогда времени на этот бред не останется. И еще, нельзя больше видеться с Диланом. Он его брат. И лишнее напоминания о нем мне ни к чему. Я все забуду, как самый страшный сон, я справлюсь. Через шесть недель я уже буду дома, и буду смеяться сама над собой. Да! Я смогу! Я должна! Я… снова уткнулась носом подушку и ревела.
Глава 8
- Эй, соня, просыпайся! – я с трудом открыла глаза и увидела перед собой Дилана.
- Что, что ты тут делаешь, - вот черт, а что с моим голосом? Он был такой тихий и хриплый.
- Меня впустила твоя соседка. Ты знаешь, сколько ты уже спишь? И не отвечаешь на мои звонки и сообщения?
- Ну и сколько? Я что, опять проспала занятия? – я с еле-еле оторвала голову от подушки, что ж она так кружилась?
- Да, проспала. Сегодня среда, и уже пять вечера.
- Что? – я в ужасе села.
- Вот тебе и что? Я думал, что ты просто сердита и не хочешь со мной говорить. И если бы не Роуз... Она позвонила мне сегодня, с твоего телефона, и сказала, что тебе плохо. Ты ничего не помнишь?
- Нет.
Я схватилась за голову. Вот это да! Я спала больше суток? Да нет, я же помню, как просыпалась и пила воду, а потом снова, без сил, валилась на постель. Но так долго? Чертов Зак Эфрон. Все из-за него.
- Давай, вставай, переодевайся, и мы едем к нам.
- Нет! – я выкрикнула и напугала Дилана, - Нет, я никуда не поеду. И ты уходи. Прости, Дилан, но давай просто останемся хорошими знакомыми. Спасибо тебе за заботу, но все, тебе пора.
- Позволь это решать мне, – он упрямо поджал губы и покачал головой, - Два идиота! Прости, я не хотел…
О чем это он? Впрочем, мне было все равно. Пусть только побыстрее убереться отсюда.
- Дил, правда, все это так… я не хочу быть причиной твоей ссоры с братом. Он во многом прав, со стороны все выглядит именно так, как он и видит. Так что, спасибо за все, но, давай, вали…
- А как все выглядит со стороны? – Дилан усмехнулся, - Знаешь, Лекси, все дело в том, что по ходу только я один вижу, что происходит на самом деле. Я знаю правду.
- Да? – я настороженно смотрела на него, - И что же происходит?
- А ты не знаешь? – он хитро улыбнулся, но я только покачала головой и уткнулась в колени, - Ну и ладно. Хотя, мне кажется, что ты врешь. Я не знаю, зачем я это делаю, нет, знаю, только надеюсь, что когда глаза моего брата, наконец-то, раскроются, еще не слишком поздно будет все исправить. Давай! Вставай и собирайся.
- Нет, я же сказала, что никуда не поеду. В ваш дворец тем более.
Господи, мне казалось, что слез уже не должно было остаться во мне, что все они вытекли. Но это не так, они опять появились и, против моей воли, скатывались по щекам.