Я замялась. С чего вообще решила, что виновен он? Только если…
– Просто вчерашней ночью Вы принесли моему отцу снотворное, и я решила, что вы как-то заинтересованы в этом, – робко сказала я, как бы это глупо не звучало.
– Во-первых, «заинтересованный в этом» и убийца – разные вещи; во-вторых, я зашел по просьбе вашего отца, и в-третьих, я знахарь, и мне свойственно хоть изредка давать людям снадобья, опираясь на их жалобы.
Все так перевернулось, что я вовсе запуталась.
– Вы правы, – сдалась я, – извините, пожалуйста за то, что я так плохо о вас думала, просто еще недавно я была в этом так уверена… даже не знаю почему.
Получается, Манди ошибся? Но я думала, что он сто раз продумал свою версию, прежде чем поделиться со мной. И кто тогда вообще нас запер?
– Теперь я понимаю, почему вы так… неадекватно среагировали на мое присутствие у часовни.
– Еще раз извиняюсь, – смущенно проговорила я, – тогда мне показалось, что я увидела вашего сообщника на чердаке…
– Кого?!
– Прошу прощение, но я была сбита с толку и думала, что у вас есть сообщник.
– Сообщник? – нервно хихикнул он. – Надеюсь это все? Может быть вы еще что-нибудь нашли, например, мой разделочный нож очень хорошо умещается в ножевых ранах убитых, или же у вас есть свидетели, которые утверждают, что в прошлой жизни я был атаманом бандитской шайки?! – повысив голос, выпалил он.
Он в очередной раз был прав, и мне не оставалось ничего другого, кроме как присесть на ступеньку, виновато опустив голову. Молчание затянулось надолго: Айгор переводил дух, но а я мысленно костерила себя за эти глупые мысли.
– Ладно, давайте на время забудем эту неприятную историю, – наконец заговорил он, – вы уже поняли, где мы находимся?
– Да, в нашем подвале. Нас заперли, по всей видимости, навалив на крышку что-то тяжелое.
– Но кто это мог сделать?
– Еще десять минут назад я думала, что вы, – начала я, но, услышав злое сопенье в конце подвала, тут же исправилась: – но сейчас я ни в коем случае так не думаю.
– Еще бы, – как-то невесело усмехнулся он, – запереть самого себя не пришло бы в голову и такому серийному убийце, как я.
Встав и с надеждой толкнув дверь еще раз, я разочарованно села обратно. От гнилого запаха меня уже немного подташнивало.
– И что, нет никакого другого выхода?
– Нет. Хотя…
Я быстро спустилась с лестницы и, опустившись на четвереньки, начала на ощупь искать нужную полку.
– Так значит, здесь есть еще один выход? – рассудил мои действия Айгор.
– Ну, что-то вроде того, – мне все-таки удалось найти ту не закрываемую полку, а там и потайную кладку, – встаньте сюда, пожалуйста. И еще: если земля начнет уходить у вас из-под ног, не пугайтесь – так и должно быть.
– Что зна-а-а… – конец растянулся и в миг оборвался вместе с глухим падением.
Я не сразу прыгнула следом, немного подождала, надеясь, что Айгор догадается отползти в сторону, но я его переоценила. В итоге мы оба растянулись на дне пещеры, как двухэтажный, но слегка подтекший, торт.
– Так, а где мы сейчас находимся? – вставая, спросил он.
– В пещере под домом, – спокойно ответила я, отряхивая одежду.
– И как отсюда выбраться? – Похоже, Айгор не видел особой разницы между подвалом и пещерой.
– Очень просто. Надо всего лишь идти на свет, а там уж мы выйдем на берег, – но только тут я заметила, что никакого света нет. Ни справа, ни слева, ни вообще нигде. – Все, мы пропали. Кажется, кто-то завалил и пещеру. Все кончено, теперь мы останемся здесь навсегда! – запричитала я, все еще поглядывая по сторонам, в надежде на то, что свет каким-то чудесным образом появится вновь.
– А может просто стемнело? – рассудительно предложил Айгор.
– Стемнело? Вы думаете, мы столько времени пролежали без сознания?
– Не я думаю, а медицина утверждает, – многозначительно поправил мужчина, – вот ты, как оказалась в подвале?
– Кажется, меня ударили чем-то твердым по затылку, – сосредоточившись, припомнила я.
– Правда? Хм, для головной травмы Вы неплохо соображаете, меня-то по спине… но, в общем, это не имеет значения. В двух словах нас подвергли неожиданной потере сознания, при участии физической силы, как человека, так и предмета. Иными словами, мы прибывали в обмороке, конечно, не в естественном, так как обморок представляет собой наиболее легкую и быстро проходящую форму отрой сосудистой недостаточности, которая, как Вы наверно знаете, может развиться у практически здоровых людей, не говоря уж о нашем случае, в котором потеря сознания выступает как главный фактор…
Хорошо хоть в пещере было достаточно темно и можно было не изображать безумный интерес. Слушая беспрерывный монолог Айгора в пол уха, я пошла вдоль стены и почти сразу во что-то уперлась. Похоже, этот проход давно засыпало камнями, оставляя лишь путь к берегу. Ну что ж, отлично. Теперь хотя бы не придется сомневаться, правильно ли мы идем.