Вернувшись в комнату, он застал Синди сидящей на постели.
- Я голодна. - Она надула губки. - У тебя найдется что-нибудь съедобное?
Джино одевался в одном конце комнаты, Синди - в другом. Ни слова не было произнесено о том, что последует дальше.
Синди нервно покусывала губы. Ей никак не хотелось собираться на вокзал, ей хотелось остаться. Они опять займутся любовью. В этом его остановить трудно, он шел напролом, и ничего странного в том, что ему дали такое прозвище. Но после изнурительной любви не последовало хоть сколько-нибудь серьезного разговора, так, пустая болтовня, до тех пор пока он, взглянув на часы, не спохватился:
- Ого! Пора мне уже выбираться.
Вот тогда-то они и начали одеваться.
Натянув шелковые чулки, Синди закрепила их дешевенькими розовыми подвязками. Стрельнула глазками в Джино. Он застегивал брюки.
Джино перехватил ее взгляд и подмигнул. Как, черт побери, она выйдет на улицу в таком наряде? Синди одета в вечернее платье из атласа с глубоким декольте.
- Эй, - повернул он к ней голову, - ты так и пойдешь?
Она беспомощно развела руками.
- Я ничего не смогла с собой взять. Если бы Банан заподозрил, что я собираюсь уйти... - голос Синди задрожал. - О, Джино, что мне делать? - Она так нервничала, что последние несколько слов слиплись в одно; оба забыли о своих туалетах, чтобы обсудить новую проблему.
- Мне казалось, что ты торопишься на поезд. Ты хотела убраться отсюда побыстрее. Она опустила глаза.
- Так оно и было. До этой ночи. Он вопросительно приподнял плечи.
- Да?
- Ты прав, только теперь я не хочу никуда ехать, - негромко проговорила Синди. - Я хочу остаться с тобой.
- Эй, послушай, - начал Джино.
- Нет, послушай лучше ты, - перебила она. - Я знаю, что у тебя на уме - ты скоро женишься. Я хотела остаться всего на пару недель. Ничего серьезного. Трахаться - и все. А потом я сяду в поезд и не стану даже оглядываться. Что скажешь?
Он не знал, что сказать. Во всяком случае, возразить нечего. Две недели с Синди и ее притягательным телом - наказание не из самых тяжких. Главное то, что она никогда больше не будет принадлежать Банану.
- О Господи! - Он раскачивался на каблуках. - Не знаю...
- Твоя девушка ни о чем не догадается, - торопливо продолжила Синди. - Мы никому не проболтаемся о нашем секрете. Разве у тебя нет другой квартиры?
- А ты откуда о ней знаешь?
- Так говорят.
Да. Об этом Джино как-то не думал.
- Если бы мы отправились туда, - возбужденно говорила Синди, - никто ничего бы не пронюхал. Там совсем другие люди. И даже Банан останется в неведении.
В словах Синди был смысл. Джино кивнул. Какого черта, в самом деле.., пара недель... Да и что он теряет?
- Вот что я тебе скажу, крошка. Останешься здесь, пока я буду заниматься делами. Когда вернусь, возьмем такси и отправимся туда. Посмотрим, что выйдет.
- О, Джино! - Синди обвила его шею руками. - Я так рада!
- Эгей! - он освободился из объятий. - Но только на пару недель, так?
Она широко раскрыла глаза.
- Само собой. Ты выставишь меня, как только захочешь.
- Как только мы перестанем понимать друг друга.
- Но мы ведь понимаем, правда? - Синди нежно провела своими пальчиками у него за ухом. - Хорошо понимаем. - Рука ее двинулась вниз - расстегнуть только что надетые Джино брюки.
- Эй-эй! - Он шутливо хлопнул по этой руке. - Меня ждут дела. - Посмотрев в зеркало, Джино энергично встряхнул своими волнистыми волосами и принялся укладывать их с помощью бриолина. Достигнув желаемого эффекта, Джино распахнул дверь и бодро бросил:
- Пока, детка!
Синди подбежала к окну и долго смотрела ему вслед.
Джино Сантанджело, заполучить тебя оказалось гораздо проще. Две недели. Ха! Ты хотел сказать, пока маленькой Синди самой не надоест.
Алдо жевал зубчик чеснока - для окружающих это становилось не самой безобидной его привычкой.
- Не можем же мы просто сказать ему, чтобы он убирался, - настаивал он на своем. - Ты же знаешь Банана - он на уши встанет.
Джино сидел на капоте старого "форда".
- Ну его в задницу. - Он сплюнул. - Мне все равно, что он будет делать.
Алдо расхаживал по гаражу с нахмуренным озабоченным видом.
- Он же с нами с самого начала.
- Чушь. Мы взяли его из-за пушки - на время нашей первой поездки в Канаду. А с тобой мы сошлись задолго до этого.
- Да, согласен, но, по-моему, сейчас он считает себя партнером.
- Да ну? - презрительно протянул Джино. - И ты собираешься держать его и дальше? Это ты все пытаешься мне объяснить?
- Нет, я только...
- ., не хочу никаких проблем, - закончил за него Джино.
Алдо пожал плечами.
- Когда ты заявишь Банану, что он нам не нужен, вот тут-то и начнутся проблемы.
- Слушай, он не мой партнер. Да и не твой. Мы ему платим. Мы его нанимаем. А сейчас мы хотим его рассчитать. Ясно?
- Похоже, ты прав.
- Готов держать пари, что прав. Банан начинает доставлять хлопоты. Связался с настоящими подонками, много и громко болтает. Мне вовсе не хочется снова оказаться за решеткой из-за этого идиота.
Алдо с этим согласился.
- Сам ему скажешь?
- Сам.
Банан появился где-то через час. Вид у него был такой, будто он только что вывалился из постели самой дешевой девки По сути, так оно и было. От костюма, в котором он сидел вчера за столом, несло отвратительными духами. Пришел Банан с большим опозданием и без всякого приветствия с самого порога бросил:
- Что за работа? Дайте мне только время и место - я должен пойти домой и хоть чуток поспать. Всю ночь качал такую... Просто падаю от усталости.
Алдо нервно крутил головой.
Джино оставался невозмутимым.
- Никаких личных претензий, Банан, - неторопливо начал он. - Просто мы тут с Алдо разговаривали и решили, что больше работы никакой не будет.
Налитые кровью глаза Банана сузились.
- Какой это работы больше не будет? Джино повел вокруг рукой.
- Всего этого.
- Что за чушь?
- Я хочу, чтобы ты убирался, - ровным голосом сказал Джино.
Банан не поверил услышанному.
- И это все, что ты хочешь?! - он сорвался на крик.
- Да. Это все, что я хочу. - Теперь они стояли лицом к лицу. Направив указательный палец Банану в живот, Джино размеренно проговорил:
- В тебе произошли перемены. А я не желаю терять свободу из-за твоего слишком уж длинного языка.
- А, понял. - Банан небрежным жестом отмахнулся от наставленного на него пальца Джино. - Ты сговорился с Боннатти и теперь хочешь выставить меня вон.
- Как тебе угодно. - Глаза Джино оставались пустыми и невыразительными.
- Ты, хрен собачий! Если я уйду, то ты так пожалеешь, что и сам поверить не сможешь. Шайка Сантанджело! Смех один! Да без меня вы просто куча дерьма! Без меня ваши грузовики будут приходить сюда пустыми!
- Убирайся. - Джино отвернулся в сторону.
- Не тебе меня посылать!
Банан был выше и тяжелее Джино, однако, сделав взмах рукой, он получил совсем не тот результат, какого ожидал. Реакция Джино оказалась молниеносной: развернувшись и блокировав кулак Банана, он неуловимым движением правой ударил его в лицо, удар пришелся прямо в нос. Раздался негромкий хруст, хлынула кровь.
Банан уткнулся головой в ладони.
- Ах ты падаль! Ты сломал мне нос! Просачиваясь между его пальцев, на пол гаража капала красная жидкость.
- Это за Синди, - усмехнулся Джино. - Она передает тебе свои наилучшие пожелания.
Но Банан не слушал. Неверным шагом он направился к двери.
- Ты пожалеешь об этом. - Носовым платком он пытался остановить кровь. - Я сам о тебе позабочусь.
- Меня просто трясет от страха.
- Так и будет, подонок, так оно и будет! С этими словами Банан вышел.
- Ну, видишь, - торжествующе произнес Джино, поворачиваясь к Алдо, - я же говорил тебе, что он воспримет это нормально.
Алдо не, мог прийти в себя.
- Зачем тебе нужно было разбивать ему лицо? Джино посмотрел на приятеля долгим тяжелым взглядом.