Глава 12.
Утром, проснувшись в легком и отдохнувшем состоянии, я начала день с бодростью. Я взглянула на телефон, и от адвоката Мирай пришло только короткое сообщение:
«Из-за проблем со здоровьем я вынуждена контролировать дела удаленно. Скоро свяжусь с вами».
Это было странно. На нашей встрече вчера Мирай совсем не выглядела больной. Наверняка, она скоро вернется к работе. Я уверена, что помощь такая, как у нее, нужна многим, как и мне.
После приготовления томатного супа для Тимура я приняла душ, быстро собралась и покинула квартиру. Сегодня в ресторане должен был состояться большой день рождения, о котором все говорили в последние дни. Поэтому я была вынуждена приехать на работу пораньше. Беседу с Тимуром мне пришлось отложить до вечера.
В ресторане персонал работал как пчелы, все метались в разные стороны, дизайнеры оформляли зал в лавандовых и черных цветах согласно вкусам заказчика торжества. За несколько часов ресторан стал неузнаваемым. Все было стильно, уютно и оригинально оформлено. Угур дал нам указания. Мы должны были подавать напитки и закуски между столами. Около фуршетного стола другие официанты ждали готового сервиса. После проверки освещения и звуковой системы мы были полностью готовы к приему гостей. Вскоре начали прибывать дорогие иномарки, названия марок которых мне не известны, и выходить представители элиты. Угур встречал их и направлял каждого к заранее определенным столам. Упоминать о завораживающем брендовом одеянии гостей, которое кричало о цене, было лишним.
— Вот это жена Назарова. Говорят, её ожерелье стоит 25 тысяч долларов… А это владелец сети магазинов одежды. Ой! Его часы из ограниченной коллекции… — говорила Дилара, самая болтливая из нашего персонала и всегда следящая за миром моды, стоя рядом со мной и рассказывая информацию о гостях. Я иногда поражалась, как она успевает узнавать и запоминать такие детали о жизни стольких людей. Но с ней мы с первого дня подружились, она была невинной девушкой.
— Хорошо, не неси ерунды. А то Угур сейчас ограничить наши дни работать здесь, — шутливо отвела я её в сторону, чтобы сосредоточилась на работе. Во время обслуживания, проходя мимо одного из гостей, мои рецепторы опять сработали, и у меня дыбом встали волосы. Я крепко сжала поднос, чтобы содержащиеся на нем напитки не рассыпались. Это был он... Полковник... Почему его присутствие так меня волнует? Кажется, он заметил меня, потому что в следующий миг повернулся и взял из моего подноса бокал с шампанским. Я от смущения не подняла голову, не решаясь встречаться с его взглядом. Он, как будто, с ухмылкой не сдвинулся с места и, стоя передо мной, снова направил на меня свой проницательный взгляд. Я чувствовала его глаза даже со спины.
— Паааапа... — закричал мальчик, бегущий мимо, толкнул меня, и, потеряв равновесие, я упала, напитки разлились по мне.
— Саид, сынок, я же тебе говорил, будь осторожен. Смотри, чем все это кончилось...
Как? Сынок? Это голос полковника. Значит, у него есть сын. Я подняла голову и встретила пару черных глаз. В них была грусть и стыд. Боже! Этот мальчик напомнил мне Суаду. У него были такие же благородные и мелкие черты лица, а завитые волосы добавляли обаяния.
— Простите, я... я... — увидев, что он не может закончить фразу от смущения, я не смогла устоять и крепко обняла его. Я почувствовала запах Суады из этого мальчика.
— Ничего страшного, малыш, это просто случайность, — я обняла его и поцеловала в волосы. У меня на глазах навернулись слезы... Соберись, Милана. Сейчас не то время и место. Голос Угура нарушил волшебство момента:
— Милана, ты в порядке?
Что??? Я правильно слышала? Угур не стал ругать меня, а проявил беспокойство? Что происходит? Пока я не могла прийти в себя от одной путаницы, меня охватило другое утрясение. Полковник потянул ко мне руку и, одной силой, поднял меня на ноги. В этот момент я буквально почувствовала электрический разряд там, где он меня коснулся, и звук треска. Я отскочила и потянула руку назад, отступая от него. Он нахмурился и с суровым взглядом посмотрел на меня:
— Думаю, обновить ваш наряд не помешало бы, — произнес он короткую фразу как приговор под тон, заставляющий побледнеть. Я смотрела на него и смотрела вниз на себя. Боже мой, под мокрый мое нижние белье было отчетливо видно. Прилив стыда окутал меня с головы до ног. Каждый в зале, казалось, смотрел на нас с отвращением, иронией или, наоборот, с завистью и любопытством.
Я привела в порядок одежду, собрала разбросанные бокалы со стола, извинившись, быстро удалилась оттуда. На кухне официанты, ставшие свидетелями происшествия, с любопытными взглядами смотрели на меня. Преодолев их настойчивые взгляды, я направилась в комнату только для персонала, где были запасные вещи. Переодевшись и взглянув в зеркало, я увидела, что раскраснелась, как свекла. Но ночь еще была впереди и у меня не было времени задерживаться.