- О, наконец, я вижу любимые эмоции — страх и волнение... Моя дорогая, ты сейчас не в том положении, чтобы давать нам указания. Теперь ты говоришь, раз он для тебя важен, или не отпустим.
Я была в моменте, когда дело шло о жизни и смерти. Если я скажу, то бизнес Зии будет под угрозой, если не скажу, то его жизнь окажется под угрозой. И была ли надежда, что эти люди выпустят нас живыми, тоже оставалось под вопросом.
- Как я могу быть уверена, что после того, как вы получите информацию, вы отпустите нас? — наконец, я задала главный вопрос.
- Наш конфликт с Хейдаровым начался много лет назад. Конкурировать с ним интересно. Даже будучи врагом, мне не доставляет удовольствия убивать его. Мне больше нравится наблюдать, как он терпит неудачу.
- Совсем неубедительно. — парировала я.
- Может, это ускорит твое решение. — он указал глазами. Один из крупных мужчин вернулся с маленькой коробкой в руках. В костюме он взял её у него и передал мне. Когда я открыла коробку, я едва не потеряла сознание от ужасной неожиданности. Мои глаза вылезли из орбит, и я закричала из последних сил. В коробке был отрезанный палец. Господи! Зия... Это его палец...
Глава 21.
Милана
“Ты обязана родить мою дитя. У тебя нет выбора”.
Эта внезапная заявка Тимура сразила меня таким потрясением, что у меня почти не осталось разума.
- Что ты говоришь? Какой бред ты несёшь? Как у нас может быть ребенок, если я даже не имела с тобой близких отношений?
- У нас были. И не один раз - уточнение за уточнением... Каждое из них погружало меня в ужас, словно сами врата ада открывались надо мной.
- Тимур, ты что, с ума сошел? О чем ты говоришь? Это невозможно.
- Это было, Милана. Несмотря на то, сколько раз я сообщал тебе о своих чувствах и проявлял тебе заботу, ты упорно отвергала меня. После той аварии, о которой я тебе рассказывал, врачи поставили мне диагноз. Шансами стать отцом у меня раз в месяц уменьшались, и у меня оставался всего год. До встречи с тобой у меня не было ни капли надежды. Я не верил, что встречу женщину, которая пожелает продолжить мой род. С момента, как я встретил тебя, ты не выходишь у меня из головы. Я хочу тебя так, как будто я сошел с ума. Но ты... - он заморгал, глядя на меня с безумными глазами, - не подпустила меня к себе. У меня не было другого шанса. Ты понимаешь? Ты не дала мне шанса. Не дала! - начал вести себя, как настоящий шизофреник.
- Боже мой... Всё, что я считала кошмаром, на самом деле... - я не могла закончить свою мысль. Горечь, исходящая от слез, которые текли из глаз, остановила меня. Я наивно подвергалась многократным изнасилованиям... Теперь осознание этого факта толкнуло меня в такой ужас, что мир закружился, и, почувствовав внезапное отвращение, я почувствовала тошноту. Поняв, что не смогу сдержаться, я отвернулась и вырвала. Тимур быстро вызвал медсестёр. После оказания первой помощи они вызвали санитаров, и всё было приведено в порядок. Мне пришлось ввести успокоительное, потому что моё тело тряслось.
- Милана, все в порядке. Не волнуйся, родная. Я с тобой. Сохрани спокойствие, иначе наш ребенок может пострадать, - говорил Тимур в лучшем виде, как мог - прям актёр...
- Вы что-то ей сказали? Почему вдруг ей стало плохо? - спросила медсестра, обращаясь к Тимуру.
- Нет, нет. Что вы говорите. Просто у нас не было надежды, что эта беременность получится. Поэтому мы оба взволновались. - медсестра кивнула на это замечательное вранье и покинула палату.
Из-за действия успокоительного я не могла всхлипывать. Но слезы, непрерывно струящиеся из глаз, были наиболее явным свидетельством моего безысходного положения. Когда я наконец-то начала приводить свою жизнь в порядок, мерзость и подлость этого проклятого человека затмило весь мой мир. Теперь я вижу, что моя мечта не только забрать опеку над Суадой, но и начать чистую жизнь, разбилась вдребезги. Какой низкий может быть человек, который так бесчеловечно обращается с женщиной. Хотя все говорили мне быть осторожной с ним. Но у меня не было никакой неосторожности, наоборот, его хитрость и ненависть были всемогущим. Пазлы собирались в моём уме: каждый раз, когда он встречал меня на выходе с работы, подсовывая мне сок, недостаток ключей от дома, боль, возникающая после изнасилований, которые я считала кошмарами... Боже, почему? Что я сделала, чтобы это заслужить? Более того, ребенок. Как я могу его выносить? Хотя у него нет вины в том, что произошло, я буду вспоминать ужас, который я испытываю, смотря на него. Нет! Я должна прервать эту беременность. Пусть этот больной человек, нет, подонок, найдет себе другую достойную мать.