Со временем я оставил футбол. Последствия автомобильной аварии, когда все называли меня убийцей и смотрели на меня с осуждением, вызывали у меня гнев. Да, я ошибся, заставив себя сесть за руль в состоянии алкогольного опьянения. Но кто не ошибается? За свою первую же ошибку я заплатил слишком высокую цену. Возможно, я потерял дорагого человека, который принял меня таким, какой я есть, и выбрал дружить со мной, несмотря ни на что — Жалю. Эта утрата стала для меня самым большим наказанием.
«Храброво давят до тех пор, пока он не станет подлецом» — эта пословица полностью отражала мою судьбу. С того дня я постепенно начал превращаться в того, кого все считали злодеем. У меня больше не было заботы о доказательстве своей ценности. Каждый день драки и нестабильный характер затмевали мои достижения. Слова «Детей вроде тебя не должно быть», «Ты не сын, а позор» стали неотъемлемой частью лексикона моих родителей.
Как у Луны есть светлая и темная стороны, так и моя история имеет две стороны: на всех виден непослушный ребенок, но никто не знает о виновных родителях. Поэтому жить с ними стало настоящим мучением. Однажды я решил и собрал самые необходимые вещи в рюкзак и покинул дом, чтобы начать жить самостоятельно. Я изучал, как чинить кондиционеры и стиральные машины, и пытался заработать на жизнь. Иногда, из-за недостатка средств, я проводил ночи, спя прямо на стиральных машинах в магазине.
Я никогда не забуду тот раз, когда у меня совсем не осталось денег. У меня не было еды, и, так как я не ел два дня, я почти умирал от голода. Я никому не говорил, потому что просить о помощи означало показать всем, в какой я ситуации, и сказать, что я бесполезен. В ту ночь я впервые украл макароны из магазина, и, я приготовил их, я ел, плача. Я как будто оплакивал свою утраченной личность, разорванную жизнь и несбывшиеся мечты. С того вечера как будто все нити совести во мне порвались, и мои слезы высохли...
Я постепенно начал воровать, обманывать людей и выживать незаконными путями. В то время однажды меня поймали члены мощной бандитской группировки. Они жестоко избили меня, а затем сдали в полицию как преступника. Все дело было в том, что я обманывал людей на их территории. Однако, сколько бы меня не пытали в полиции, я не сказал ни слова. Я был уверен, что если что-то скажу, это станет не спасением, а первым шагом к смерти. Потому что в таких группировках внутри тоже обязательно есть свои люди. Даже если на следующий день я выйду на свободу, они все равно бы убили меня. Поэтому я предпочел воспользоваться своим правом на молчание. Это не прошло незамеченным для их босса. Через несколько дней, из-за недостатка улик, меня освободили. Я знал, что кто-то за этим стоит. Я не ошибся, это был именно босс бандитов Руфат. Руфат вызвал меня к себе и предложил условия:
— Рад, что ты у меня на стороне. Думаю, мы можем сделать много хороших дел благодаря этому. Ты талантлив... Это подтвердили мои люди, когда ты обманывал их. Я предлагаю тебе: либо ты будешь работать на меня, либо вернешься в тюрьму. С такими талантами было бы обидно их потратить.
Конечно, мой выбор был очевиден. С тех пор я стал членом этой банды и начал участвовать в более крупных преступлениях.
Моими жертвами становились слабые, беззащитные и нуждающиеся в помощи женщины, которых я преследовал, становился их героем, а затем угрожал и грабил. Важно было решить дело без оставления следов. Так я и познакомился с Миланой.
Все это было частью плана. Когда я защищал ее от насилия со стороны мужа, я решил, что именно эта женщина станет моей следующей жертвой. Похищение ее сумки было первой частью игры, чтобы завоевать ее доверие. Затем я продолжил действовать, снимая квартиру и ища работу, чтобы войти в ее доверие. Из-за нее я тоже не раз был замешан в драках. Я еще не упоминал, что намеренно просил избивать меня у людей Руфата... Каждая копейка, которая я получал от Миланы, должна была компенсировать все испытания, которые я пережил.
Чтобы она ощущала угрызения совести, я сказал ей что меня выгнали из работы и постарался войти в доверие к ней, вспоминая горькие события прошлого и вызывая у нее симпатию, всё это было частью плана и работало на меня.
Тот момент, когда я подсыпал гипнотико-седативные препараты в напитки при встречах с ней и каждый раз занимался с ней любовью, стал кульминацией этой пьесы. Не стану скрывать, ее невинность привлекала меня, но ее слезы раздражали. Однако после близости я стал зависим от нее. С каждым днем моя зависимость становилась болезненной. Я хотел держать ее под контролем, чтобы она была только моей и находилась в отдаленном месте, чтобы не было других.