Распахнув коробку, вдохнула аромат вялых осенних цветов. Откуда ты, урод, знаешь, что я люблю хризантемы? Именно белые. Именно вот такие – крупные, как пионы.
Я зыркнула на стол. Захотелось нырнуть носом в соцветие и втянуть свежий, немного горьковатый аромат цветка, но я все-таки переключилась на коробку и запустила руку глубже. Достала прозрачный пакет. Вместе с ним на пол посыпались, как вертолетики, белые лепестки, и рядом упал сложенный вдвое лист бумаги.
Я быстро подобрала его и прочитала вслух:
«Наденешь его, когда скажу. Сегодня в восемь тридцать вечера, ты должна выйти на связь, или о твоих шалостях узнает весь мир. В том числе и о вчерашних.
Твой Драный Ворон»
Вот же зараза! Вместо облегчения, еще сильнее запуталась. Я сжала кулаки и, смяв бумажку, села на кровать. Пакет выпал, я дрожащими пальчами подняла его с пола и быстро распечатала. Алое шелковое платье льнуло к рукам, но я понимала, что никогда не выполню просьбу шантажиста. До того, как он прикажет это надеть, я должна избавиться от него. От его ярма. Я не буду вечной игрушкой. Если не хочет по-хорошему, будет по-плохому!
Я осторожно затолкала смятое письмо в пакет. Пригодится.
А потом взяла с тумбочки сумку, чтобы найти телефон.
Чат с Вороном молчал, но мне он и не нужен был. Я открыла диалоговое окошко с Лимановым.
Тая: Поговори со мной. Пожалуйста. Мне очень нужно.
И, преодолевая себя и свои привычки, отправила ему грустный смайл.
Он прочитал сразу, будто сидел с телефоном в руках и ждал моего сообщения, но ничего не отвечал минут пять. Потом мелькнуло оповещение «Арсен печатает сообщение», но даже через полчаса, пока я искала вещи, пила кофе, принимала душ и приводила себя в порядок, он не ответил. Лишь когда подошла к двери номера, накинула пальто, телефон вдруг завибрировал входящим звонком.
Простая короткая надпись «шеф» на экране заставила меня закусить губу и запрокинуть голову. Я представляла его на месте шантажиста. Во сне, в иллюзии я кончила от фантазий с его участием. Как такое может быть? Я должна убедиться, что ошиблась, что он хороший. Что достойный мужчина. Что не обманывает и не издевается надо мной вот таким подлым образом.
Пальцы отчего-то дрожали, а между ног свернулась горячая ядовитая змея. Если Лиманов и Шантажист – одно лицо, прямая дорогая мне на увольнение. Это в лучшем случае.
– Алло, – я поднесла трубку к уху.
Шаг 32
– Таисия, что-то случилось?
Голос Лиманова показался чужим и далеким, застывшим между мирами. Между реальностью и сном. Между правдой и вымыслом. Между честностью и ложью.
Он ждал ответа, а я пыталась примерить на него образ шантажиста, подставить под урода, что издевается надо мной, тембр, интонации, ритмику. Не клеилось.
– Тая? – тревожно переспросил начальник, когда я не смогла ответить. Комок в горле рос, сердце сходило под ребрами с ума. – Ответь, Тая! Что случилось? – он явно беспокоился. Мог ли шантажист так притворяться? Мог ли пробраться в мой дом, разбить посуду, а потом купить новую и сделать вид, что ухаживает за мной?
– Я… – выдохнула и привалилась к стене. – Я хочу… – задохнулась в подкатившей истерике. Сцепила зубы, отвела телефон в сторону и, запрокинув голову, прикусила губу. До крови и острой боли. Мне нужно быть в форме, а я разваливаюсь, нужно найти врага, а меня сейчас и блоха обидит.
Лиманов что-то кричал из динамика, а я не знала, как и о чем с ним говорить. Как провоцировать, чтобы расколоть его, и что спрашивать? Оказывается, подозревать человека, которому верил, очень больно.
Когда паника немного отступила, я приложила трубку к уху и проговорила сипло:
– Я согласна на…
– Ты меня, Гринёва, чуть до инфаркта не довела, – серьезно перебил Арсен. – Повтори, а то у меня тут шум-гам под ребрами и горн в ушах из-за переживаний, не расслышал.
– Согласна на обед, – выпалила я и прикрыла глаза. Как же страшно, что это все-таки он шантажист. Да потому что в глубине души Арсен мне нравился, даже очень. – С тобой.
– А почему вдруг?
– Переосмыслила, что не дала тебе… – подчеркнула, – и себе шанс.
– Нет-нет, обед уже не канает, переменчивая особа, – Арсен говорил со смешком, но мне было не до смеха.
– А что нужно? – опешила. Даже на телефон посмотрела, не мерещится ли мне этот разговор. Мало ли, вдруг я продолжаю спать.
– Ужин, Тая, – низко, с придыханием добавил Лиманов и еще тише: – Я скоро вернусь в город, дождись, не передумай, умоляю.
– Не передумаю, – я стояла у стены и улыбалась. Мне вдруг полегчало.
– Хочешь, я буду тебе звонить каждый час, чтобы напоминать?