Повернула к себе экран, когда телефон пискнул входящим сообщением.
Raven: пароль простой – черный. Тебе подруга переслала ведь письмо с моим подарком? Слушай условие, Бронзовая: скинь мне фото своих тощих сисек, или я отправлю это коротенькое слово твоей Северянке, и она узнает, кто ты на самом деле. Не веришь? Проверь. Даю пять минут.
Я хлопала глазами и суматошно щелкала мышкой в поисках письма от Леры. Забыла напрочь! А всё эти тормозящие таблетки, что мне назначили – совсем за две недели выпала из жизни.
Еле нашла письмо на третьей странице входящих среди кучи предложений по рекламе. Распахнула его, но инет завис, и ссылка с видео открылась не с первого раза.
Замутило снова. Виски сжало, глаза затуманились… я чуть не рухнула со стула.
А чего я боюсь? Показать Ворону то, что он и так видел? Да плевать! Не стану дарить ему свой страх, пусть не мечтает. Хочет сиськи? Пожалуйста!
Я выбежала в архив, покачнулась от головокружения, но удержалась за стену. Приподняла свитер и, щелкнув пару раз камерой, сразу отправила сообщение, чтобы не передумать.
Тая: все для тебя, птичка.
И послала вдогонку кучу сердечек. Ужас, совсем на меня не похоже, но мне понравилось. Поискала еще смайл с поцелуем и припечатала палец к кнопке «отправить».
Подавись!
Когда сообщение загорелось прочитанным, в кабинет кто-то вошел. Я поправила одежду, подхватила с полки папку наобум и спокойно вышла к себе, где меня ждал наш новый сотрудник.
– Перейдем сразу на «ты»? – пройдя раскованно вдоль стеклянной стены, Владимир остановился у моего стола, глубоко-черные волосы растрепанными прядями почти перекрывали его глаза. У Ворона были ведь короче? Не могу вспомнить. Руки художник держал в карманах, осанка у него ровная, идеальная, взгляд с прищуром, пронзительный, темный.
– Что тебе нужно, Алиев? – я, не скрывая неприязни, бросила папку на стол, отчего она отъехала в угол и ткнулась пришедшему в ногу. Присев на свое место, я откинулась спиной на кресло, завязала руки перед грудью, чтобы мужчина не пялился мне на грудь.
– Мне нужно? – удивился художник и изогнул бровь. – Ты сама просила зайти и показать макеты для номера, – он положил поверх папки из архива другую – черную.
– Отлично, – я потянулась, но горячая рука пресекла мой путь, накрыла и слегка сжала. Мне пришлось дернуться и одарить гостя убийственным взглядом. Ненавижу, когда ко мне прикасаются без спроса.
– Сначала, – сказал Вова и натянул губы в покладистой улыбке. – У тебя есть контакты Ярины?
– Что? Зачем тебе?
– Я… – Вова повернулся ко мне в профиль и присел на край стола. Хлопнул по ноге папкой, что снова оказалась в его руках. – Хочу ее найти.
– Совесть проснулась, что ли? – нервно хихикнула я, но запнулась о горький взгляд мужчины.
– Тебе не понять, – сказал тихо мужчина и, спрятав глаза, поднялся. С хлопком положил передо мной папку, развернулся и поспешно вышел из кабинета. Миновал верстальщика, несколько столов журналистов и только потом обернулся.
И этот взгляд показался мне невыносимо знакомым. Я глубоко вдохнула, поймала в шлейфе, оставленном в помещении этим мужчиной, нотки смолы, сухих листьев и еловых шишек, а еще глубокую обиду и печаль. Неужели он так себя выдал? Просто взял и назвался реальным именем? Владимир и есть Ворон?
Быть не может.
Еще бы понять, что с Арсеном происходит. Обложили меня со всех сторон. Как теперь работать?
– Тая, – через час ко мне заглянула Лена. Румяная и всклокоченная, с тревожным взглядом. – Ты слышала уже? – конец фразы исчез с хрипотце, а глаза засверкали слезами.
– Что? – похолодела я.
– Валя, молоденькая журналистка, что с Артуром с Нового года встречалась, – рыжая задохнулась фразой, а потом договорила: – Ее мертвой нашли.
Шаг 43
– Та-а-ая, – плакала Лера у меня на плече и размазывала слезы по щекам. – Как такое могло случиться? Почему именно с Артуром? Я его еле вытащила, еле вернула к нормальной жизни. Что теперь? Первая любовь – это ведь глубокая рана на всю жизнь. Он же… – девушка заныла, сцепив зубы и запрокинув голову. Светлые волосы были собраны в небрежный пучок, а голубые глаза потухли, будто в них налили олова.
– Я не знаю, как это произошло, но выясню. – У меня не хватало слов, чтобы успокоить подругу. Север должен был вернутся из командировки, но задерживался на несколько часов – самолет из-за непогоды отменили. Лера осталась одна с детьми, а Артур… В груди больно сжалось, мне пришлось отодвинуться и выдохнуть незаметно для подруги. Парня забрали в лечебницу для душевнобольных, потому что он был неуправляем, когда узнал о смерти девушки.