Наверное, в тот момент я решила, что буду делать дальше, но сначала найду Лену.
Навстречу, сойдя с крыльца, ко мне вышел Владимир. С острым взглядом, кривой ухмылкой, руки в кожаных перчатках, волосы туго завязаны на затылке. Но я его больше не боялась.
Взяла и набрала номер Ворона и, стоя напротив художника, вглядываясь в его светлые глаза. И ждала, что загудит его карман, докажет, что это он меня мучает.
Не похож он на шантажиста, я бы эти голубые озера запомнила, но он ведь мог надевать линзы перед встречей со мной, а зная, как этот урод поступил с Яриной, можно ожидать чего угодно. А волосы? Они ведь явно длиннее, я помню волосы шантажиста на ощупь, они как у Арсена… мягкие, немного прикрывающие лоб, рассыпающиеся в пальцах, как шелковые нити.
Но это не Лиманов! Быть такого не может. Вот сейчас звоню, Арсен возится позади с машиной, и телефон его не активен.
Шли гудки, телефон и у Вовы не звонил. Снова промахнулась?
Связь неожиданно оборвалась, а в трубке повисла тишина, будто кто-то дышит в нее и молчит.
Мы с Владимиром стояли друг напротив друга, словно бились взглядами насмерть, отчего мне вдруг стало дурно. Я покачнулась, выронила телефон в снег и ударилась плечом о стену, пытаясь поймать равновесие.
– Тая… – подхватил меня Арсен под мышки. – Вова, телефон возьми, не стой истуканом.
– Бегу. У этой женщины убийственный взгляд, я даже приморозился.
– Мозг у тебя приморозился. Она после сотрясения, придурок. А если бы я не успел, позволил бы ей упасть?
– Я бы успел. Разошелся тут, нервный.
Меня несли по коридору, я сжималась и не хотела открывать глаза. Меня все еще мучил звонок Лиманова, и даже молчаливый ответ Ворона показался мелочью. Вот так приступ ревности. Или это беременность и усталость? Или страх, что убийца слишком рядом?
Арсен ничего мне не должен, а прошлая ночь – просто секс. Но что-то не складывалось, не срасталось, что-то безумно мучило и крутило жилы. Он давал мне свободу и готов был ждать бесконечно долго, при этом зная, что дома у него запасная?!
– Со мной все в порядке, – тихо сказала я, когда мы оказались в светлой гостиной.
– Видишь, она еще и притворялась, – хохотнул Вова.
– Замолчи.
Арсен явно злился, но не выходил из себя. Слабо улыбнулся мне, придержал за плечи и помог сесть на диван.
– Сейчас чай сделаю, – заглянул в глаза, погрузив меня в черную бездну сомнений еще глубже. Как мне к нему относиться? Приоткрыться? Или оттолкнуть?
Я остановила его рукой.
– Не нужно, я ничего не хочу. Я знаю, как попасть в клуб. Вова, – повернулась к художнику, что увлеченно рассматривал свой мобильный. Он поднял голову, черные, цвета вороньего крыла, волосы блеснули в свете люстры. Мужчина приподнял бровь с интересом. – Ты можешь меня снять, как Лену? Для клуба.
– Без проблем, – почти не думая, ответил художник и снова опустил взгляд в телефон. – Раздевайся.
– Нет. – Жесткий тон Арсена даже Вову заставил выпрямиться и фыркнуть.
– Да, – настояла я. Скинула пальто, потянулась к пуговицам рубашки. – И чем быстрее, тем лучше. Мы добавим меня в каталог, получим пропуск и найдем Лену.
– Это безрассудно, – заходил по комнате Лиманов. Он тер подбородок и сводил брови. – Нет, не позволю.
– Я тебя и не собиралась спрашивать.
Шаг 50
Следователь, широкоплечий мужчина с безумно красивыми глазами разных оттенков серого, выслушал нас, а потом повернулся к Арсену, который все еще не успокаивался, раскраснелся и устал со мной ругаться. Я стояла на своем – пойду в клуб под видом модели и найду подругу. Нужно закрыть это дело и желательно без жертв.
– Хорошо-хорошо, – задумчиво протянул Соколов и сжал переносицу, будто не выспался (примечание: Даниил – главный герой из книги «Хозяйка моего сердца» и второстепенный в книге «Звезда для гитариста»). – Это хорошая зацепка, мы его пару лет ловим. Вот только, где гарантия, что он выйдет именно на тебя?
– Тая, – порывисто прошептал Арсен и, перехватив мои прохладные руки, присел на корточки. Я сильно нервничала, кровь словно перестала циркулировать, кожа бледнела, будто я больна. – Пожалуйста, не лезь в это. Прошу тебя, – у Лиманова дрожали губы, глаза были расширены, а густые ресницы трепетали.
Я осторожно забрала руки и уверенно сказала, обращаясь к следователю:
– Лена прислала мне эти фото не просто так. Значит, она жива. Значит, она знает, что я пойму, что нужно делать. Это просто чутье.
– Хорошо, – снова повторил Даниил, встал и завел руки за спину. Сделал два шага к темному окну, а потом вдруг повернулся, свет лампы отразился на радужке, отчего показалось, что глаза у него сияют золотом. – Устроим этой твари западню, – сказал он вкрадчиво и сощурился. – Безопасность Тае обеспечим. Арсен, – обратился к Лиманову, – не трясись ты так за свою благоверную. С нее и волос не упадет, зуб даю. Могу лапу предложить, но толку с нее? Даже на шею не повесишь. – Он подмигнул мне, вышел быстро в другую комнату, и оттуда послышались четкие приказы, видимо, следователь говорил по телефону.