- Вы бомбу ищите, что ли? – спросила она своим тонким голосом, не сдерживая улыбки.
- Бомбу, бомбу. – ответил он. – Чёрт, ну повезло тебе Исаков. Все доброго. – резко отдал рюкзак в руки Альберту, которые его чуть не выронили и топая туфлями по кафелю вышел из склада вещей болеющих. Ал уже сам стал прощупывать пустой рюкзак. Лейтенант не знал, что именно надо искать, поэтому расстёгивал все карманы, до которых только мог добраться, теперь же Алик застёгивал их ещё не до конца веря в то что случилось. Никакой сферой в рюкзаке и не пахло. Её там просто не было.
***
Конечно же, как только и так возбуждённый Рыбин увидел это чудо в пиджаке и шортиках, то разбушевался и велел своим подчинённым разогнать толпу зевак, а если откажутся уходить, то сюда приедут водомёты и посмотрим, как им это понравится! Зрители ещё постояли несколько секунд, а потом человек из первого ряда развернулся и стал покидать это шоу. После этого, человек за человеком, толпа медленно растворилась в вечернем воздухе Владивостока. Пока это происходило, Сорокин взял на себя разговор с этим мальчиком, а Рыбин продолжил курировать работой судмедэкспертов, техников, криминалистов и других работников. Сорокин отвёл пойманного лазутчика в сторону и присев на корточки, как это делают все взрослые пытаясь создать иллюзию равных уровней ребёнка и взрослого.
- Тебя как звать шпион? – начал он диалог с шутливой ноты.
- Я не шпион! Я вам помочь хочу. Зовут Петром. – он со всей доступной второкласснику важностью подчеркнул его имя. Не какой-то там Петя с улицы, а Пётр!
- Мы тебя позовём, когда понадобится помощь, хорошо? – и улыбнулся как ему казалось самой милой улыбкой.
- Вам что, не нужен свидетель? – всё лицо мальчика кричало о том, что если ему откажут, то разревётся он громче любой снайперской винтовки.
- Свидетель? Ты что-то видел? Из окна да? – тут следователь приободрился. Пока девочки, они с Романом так называли двоих девушке, выполнявших по большей части поиск и опрос свидетелей, обойдут все квартиры дома, пока бурят, это был ответственный за камеры, просмотрит их, так и день пройдёт, а группировка ещё одного хлопнет. А тут на блюдечке с золотой каёмочкой, да ещё и сам прибежал!
- Всё видел! – уже совсем не грустно, а наоборот очень радостно ответил новоиспечённый свидетель.
- Тогда пойдём к в машину. За рулём посидеть хочешь? Ах, подожди. Ты телефон мамы или папы знаешь?
- Ну… Мамы.
- Тогда хорошо. Пойдём в машину, там мне его продиктуешь. – тойота креста была припаркована на противоположном конце оккупированного полицейскими участке дороги. Усадив Петю на водительское кресло, сел на соседнее. Номер мальчик назвал быстро и Сергей, проверив что гудки идут, сбросил вызов.
- И так, Пётр, - он включил диктофон на своём мобильнике. – рассказывай, как там дело было. – И Петя рассказал, как он стоял и смотрел в окно, не имея никакого желания делать математику и тем более читать рассказ по литературе, как в нём он увидел парня, идущего по тротуару. Ничего такого, но к нему со спины неслась машина. «А папа всегда говорил, что гоняют по таким тесным улицам только…» - тут он употребил не литературное слово, синонимичное с гомосексуалистами. Разволновавшись, что юношу могут сбить, Петя не смог оторваться от окна, но то что он увидел превзошло его ожидания. Из дальнейшего пересказа событий, Сергея заинтересовали слова, произнесённые человеком с оружием. Мальчик их запомнил плохо, но точно знал, что от пострадавшего требовали некую «удочку» и что тот её почти вынул из рюкзака, как вдруг в машину влетела другая машина и парень, оттолкнувшись от бетонного бордюра, исчез в роще. «Удочка… Удочка…» всё повторял у себя в голове Сорокин. «Это явно не про рыбалку, стали бы обычную удочку отбирать, угрожая винтовкой, способной ногу оторвать своим выстрелом?»