Долгое время Айдын одержимо кружился вокруг своих стремлений, и его честолюбие взлетало до небес, а потом падало вниз камнем, когда сталкивалось с неожиданным препятствием. Со временем, его пыл вынужденно поутих, и в этом волшебном состоянии, когда отчетливо слышишь, как ветер играет с деревьями, в то время, как весь мир придается хаотичному порядку вещей, он понимал, что цель – это не какая-то определенная точка в пространстве. Она многомерна, и не имеет ни начала, ни конца.
Айдын понял, что ему не хочется в какой-то момент остановиться, и замереть в ступоре, лихорадочно стараясь понять, куда двигаться дальше.
Поэтому он обрел спартанское спокойствие, и подчас принимал все таким, каким оно к нему являлось, не забывая подгонять некоторые моменты под себя (если то было возможным, конечно).
Цели более не существовало. То был один из явных показателей того, что миру, так или иначе предстоит пройти через многомерные изменения. В таком умозаключении прибывал молодой человек просто потому, что к тому привела его жизнь, и по-иному мыслить уже было невозможно.
Как бы там ни было, умение справляться со своими эмоциями приходит с опытом. В этом юность всегда будет завидовать зрелости. А зрелость, в свою очередь, абстрактной нирване, в которой царит вечное умиротворение.
Когда на горизонте появлялись люди, которых Айдын уже по привычке называл врагами, просто потому, что так все его существо приходило в готовность воевать, совладать со своей злостью было сложно. Особенно в те моменты, когда возникала иллюзия, что все идет, как по маслу…
…Тим сидел за столиком в lounge bar напротив субъекта, которого Айдын не встречал уже продолжительное время, и никак не ожидал его появления, особенно сейчас, когда все действия оправдывались ощутимыми результатами, и шаги казались более уверенными, и все вокруг обретало некоторую целостность.
Сказать, что Айдын почувствовал злость, было сказать ничего. Злость – это ничто. Лишь отзвук внутреннего взрыва.
Айдын был в ярости. Так, и только так.
Но к этому моменту он уже был способен контролировать себя.
Решительным шагом он приблизился к этому дуэту, их диалогу, и прервал его, даже не вслушиваясь.
–Почему ты говоришь с ним? – спросил он у Младшего. – Ты не можешь этого делать!
Младший посмотрел на Айдына снизу вверх, и совершенно спокойно, но между тем уверенно, дал ответ:
–Нет, могу.
Айдын повернулся к Тиму, и приказным тоном сказал ему:
–Теперь иди домой!
–А как же?..
–Твоя подружка со своим парнем уже давно на пути в свое любовное ложе, оба в стельку пьяные. Тебе я тоже советую последовать их примеру, и отправиться в вашу съемную квартиру. Я не без труда усадил их в такси. Думаю, с тобой подобной проблемы не возникнет. Верно?
–Никаких проблем, брат!
Тим поднялся из-за стола, и, попрощавшись с Младшим, молча пошел в сторону выхода.
Айдын впервые испытал волнение за жертву, которую он охаживал уже продолжительное время, и поэтому ему пришлось повторить Тиму:
–Домой! Ты понял меня?
В ответ Тим уже на ходу показал свой недоумевающий взгляд, глянув в сторону Айдына через плечо, а затем удалился окончательно.
Айдын сел за стол, туда же, где до него был Тим.
–Итак, – сказал он.
–Итак, – повторил Младший.
–Что происходит? Почему ты с ним разговаривал?
–Причина нашего вмешательства должна быть ясна без лишних объяснений. Уж кому, тебе знать об этом лучше всего, Айдын.
–В связи с тем, что я не видел ни тебя, ни твоего Старшего, уже больше двух лет, я бы хотел получить какие-нибудь объяснения. Если это возможно, конечно.
–Ты научился говорить, – сказал подошедший мужчина. – Поздравляю с прогрессом!
Это был Старший. Он отодвинул стул, и сел в него, положив руки на шаткую столешницу, от чего та накренилась в его сторону, под его весом.
–Все мы способны развиваться, – сказал Айдын. – Я напомню, что я улучшил не только навыки коммуникации.
–Это нужно расценивать, как угрозу? – спросил Старший.
–Как тебе удобно, так и понимай, – ответил Айдын.
–Как видишь, – Старший посмотрел на своего подопечного, – характер и манеры остались прежними.
Младший удрученно кивнул.
–У нас вышел небольшой спор, – продолжал Старший, – по поводу того, на сколько ты окажешься сговорчивым. То есть, на сколько ты смог измениться за последнее время. Оказалось, что время меняет лишь немногих людей.
–И то, только потому, что они сами этого желают для себя, – добавил Младший.