Мне казалось тогда, что только он и был виноват во всем. Что он мог остановить той ночью это безумие с ожившим демоном в отражении над нашей постелью. Ведь он мужчина! Почему он не боролся, а просто зажмурил свои глазки и спрятался? Почему он это сделал? Будь он сильным, мне бы не пришлось разделяться надвое, и чувствовать себя какой-то одержимой стервой, попеременно превращающейся из обычной девушки в демоническое существо.
Да, тогда я так думала. И была уверена в своей правоте. Хотя и старалась скрыть это. Я пугалась своих мыслей, я боялась самой себя.
Я всегда делала вид, что ничего не помню. Не помню, как я избила его. И как потом проткнула его ладонь ножом. Я вынуждена была стать актрисой, играющей роль запутавшейся дурочки, которая не понимает, что происходит с ней, и вокруг нее… Хотя, о чем я говорю? Я и так этого не понимала…
Я помню, как со мной разговаривали стены, как они говорили со мной нечеловеческим языком. Какими-то неразборчивыми полушепотами, полутонами, сигналами. Но я слышала приказы, точно понимая, что и как мне нужно делать. Я думала, мне это снится. Думала, что я сама себе это придумываю. Ведь такого не могло быть. Иначе, я бы могла считаться сумасшедшей.
Они говорили со мной, когда я желала хотя бы немного обуздать свое сексуальное желание, и когда я испытывала страшную злость на Кирилла. Они говорили, когда я снова и снова старалась вернуться к той себе, какую я всегда знала, и какой хотела быть снова. Они говорили со мной через меня же саму, дабы мне казалось, что это голос моего разума, или энергия, которую я никак не могу контролировать в самой себе. Они раздавливали мою волю… Если бы это происходило постоянно, думаю, вполне можно было бы завести речи о вмешательстве психиатрии…
Теперь я понимаю, что Кирилл тоже испытывал это давление. Что стены уничтожали его бдительность, его мужское стремление защитить свою женщину, свой с ней союз. Они высасывали из него силы и заставляли быть заторможенным и проявлять безразличие.
Я помню, как проткнула его ладонь огромным острым ножом, и испытала от этого удовольствие, которое не сравнится даже с многократным оргазмом. После этого он пропал почти до конца дня.
А я была вынуждена остаться одна. Со своей неутихающей злостью, и с постоянными подозрениями на беременность.
К тому моменту мне уже надоело сомневаться (сомневалась я долго). У меня была задержка с месячными, и даже самой последней дурочке было бы ясно, что пора делать чертов тест. Поэтому, не раздумывая, я пошла в ближайший торговый центр, где была аптека, купила парочку тестов, и отправилась в уборную, прямо там, в mall’е. Естественно, тест оказался положительным.
Это поразительно, но ничего, кроме все той же злости (которая потихоньку становилась моей верной спутницей), я больше ничего не испытала. Представления о стандартах, – запланированная семья и ребенок, – рухнули в одночасье. Мне стало тошно от самой себя, и от стереотипов, которые меня окружали.
Для пущей уверенности я отправилась к гинекологу, заглянув предварительно в кошелек. Денег оставалось немного, но мне было плевать. Я не собиралась записываться на прием в государственной клинике и высиживать в ней часовую очередь.
По дороге на автобусную остановку я заметила знакомое лицо, и поняла, что видела его уже несколько раз на неделе. И до нее тоже. Незнакомый парень, который постоянно находился где-то рядом. Очередной наблюдатель.
Для меня стало очевидно, что слежка возобновилась. Временами я вспоминала об этой части своей жизни, и даже ждала, когда же обо мне вспомнят мои «доброжелатели». Так вот, она проходила уже вовсю. Моя память оживала десятками кадров одного и того же лица, и пары других, которые попадались мне в толпе больше одного или двух раз за два-три месяца, но я не придавала этому значения. Неожиданно я поняла, что слежка не прерывалась. Она просто стала скрытной.
Эта информация словно спустилась на меня с небес, пронзив извилистой молнией. Я была поражена.
На остановке я между прочим осмотрелась, и действительно увидела того самого парня, о котором так явно прокричала мне феноменальная память.
«Ничего себе! – подумала я. – Интересно, сможет ли моя новая память сработать на учебе?»
В гинекологии меня приняли быстро, и без проблем. Подтвердили беременность. Видимо, врач заметила мой упадок и отсутствие радости на лице. Поинтересовалась, планировала ли я ребенка. Я ответила честно, что нет. Она поддержала меня, и сказала, «что это нормально, что все справляются». Я поблагодарила ее, и вышла на улицу.