Я обомлела. Не могла сдвинуться с места. Стояла и смотрела на все, что вижу, широко открытыми глазами.
Они стояли в десяти шагах от меня, и Айдын вдруг бросил взгляд в мою сторону, – так, случайно, словно почувствовал, что на него кто-то пристально смотрит. Кажется, он посмотрел словно сквозь меня. Он не ожидал увидеть что-то, что заставит его обомлеть точно так же, как и меня. В меньшей степени, конечно, но я увидела по его лицу, что он испытал тот же шок, что и я только что, когда до него дошло, кто на него смотрит, и почему я нахожусь здесь и сейчас, напротив него, а не в кофетерии в компании с пирожным и бабской грустью.
Кажется, мы смотрели так друг на друга несколько долгих секунд, и никто из нас двоих не верил своим глазам. Потом оба очнулись, тоже почти одновременно.
Я старалась отойти от шока, и просто повернулась в другую сторону, и пошла. Ноги были ватными, и я не верила в происходящее. Но я старалась.
Я бросила взгляд за спину, и увидела, как они несутся в мою сторону.
И тут я осатанела.
Во мне злость взорвалась тысячами солнц.
Я слышала, как он приближался ко мне сзади, почувствовала его ладонь на своем плече, и дальше все произошло за доли секунды.
Я резко развернулась к нему (это не был Айдын, а тот, другой, кто так оскандалился в слежке за мной), схватила его за воротник, и подняла над землей. Кажется, из меня вырвался рык отвращения в этот момент. А затем просто бросила его на машину, что стояла напротив.
Он врезался спиной о водительскую дверцу. Стекло разбилось, на двери осталась глубокая вмятина.
Бедный парень лежал рядом, на асфальте, среди мелких осколков стекла, лицом в асфальт, и прилагал серьезные усилия, чтобы подняться. Но руки не слушались его.
Айдын остался стоять в трех шагах от меня, им овладела оторопь. Его глаза были огромными, он не знал, как реагировать.
Я воспользовалась шансом, и пустилась в бегство, оставляя позади себя ошалелых прохожих.
–Дина! – крикнул Айдын, и побежал за мной.
Почему-то мне показалось, что я сейчас разрыдаюсь. Я слышала рык, вырывавшийся из меня, и свое бычье дыхание, громкое, как у крупного животного.
–Дина, постой! – Айдын. Бежит за мной.
Я завернула в пустынный переулок, и каким-то образом оказалась в тупике. Увидела дверь, и уже хотела забежать в нее, но увидела свое отражение в стекле.
Лицо было не мое. Оно было искаженно в нечто страшное, с налитыми кровью глазами, тяжелым подбородком и демоническими глазами.
–Постой же, прошу тебя! – голос Айдына, прямо за спиной.
Я резко развернулась, желая ударить его по лицу, но моя ладонь только прошлась по воздуху. Он вовремя увернулся, поднимая вверх ладони в знак беспомощности, и как бы говоря, что он с добрыми намерениями.
–Тише! – сказал он. – Тише! Тебе нужно успокоиться!
–Подонок! – крикнула я. – Подонок и ублюдок! Это ты убил Тима?! Даже не смей отрицать, сукин сын! Я тебя насквозь теперь вижу!
Он раздосадовано потер лицо. Скрывать что-то для него уже не имело никакого смысла.
–Дина, это была необходимая мера, – сказал он. – Тим не был тем человеком, который любил жизнь, уж поверь мне. Мы всего лишь избавили его от страданий.
–Как же благородно с вашей стороны!
Я приблизилась к нему и сказала ему в лицо, смотря прямо ему в глаза:
–Ты, и все твои дружки, – все вы больные придурки! По вам психушка плачет! Вас всех нужно посадить за решетку!
Мне хотелось плюнуть ему в лицо, я могла бы это сделать, но сдержалась. Просто отошла от него.
–Мы ведем мир к кардинальным изменениям, – сказал он. – Тот мир, который ты знаешь, скоро прекратит свое существование. Все сутенеры и их проститутки, от жирных политиканов до их прислужников, от жадных работодателей до нищих наемных рабочих, – всего этого больше не будет. Капитализм, империализм, социализм и коммунизм; лживые демократии и гибридные автократии, – все это исчезнет. Будет новый мир. И будет человек в нем. В гармонии с жизнью…
Во имя всего этого была принесена жертва, Дина. Тим стал ключом, открывающим двери в иное будущее. То будущее, о котором не мог мечтать никто из нас.
–Ты хочешь загнать нас обратно в каменный век? Об этом ты мне говоришь?
Он непонимающе покачал головой.
–Ты пока не можешь всего понять. Но скоро… Скоро все встанет на свои места. Ради всего этого нужна жертва. Пойми это.
Плод, Дина. Тот плод, который внутри тебя. – Он указал на мой живот. – Вот кто изменит этот падший из миров. Ты несешь в себе иное время. Ты – мать, Дина. Мать нового мира.