Глава 17
— А-а! Море! — Маришка взвизгнула и роняя одежду на песок устремилась в воду. Дашка вдыхая пряный воздух неспешно последовала за ней. Глянул на белый песок с людскими следами размытыми ветром и водой.
— Чувствуешь кого-нибудь? — Спросил Гену-Дракошу — узаконенного однофамильца, ставшего членом моей семьи.
— Людей на острове нет. Далеко… Там остров.
— Да. Ко-Ланг. На моторке за час доплывем, когда надоест папуасов изображать. — Смотрю на снимающую последний предмет одежды Дашку в интересной позе. Мой орган размножения как собака Павлова отреагировал на знакомый раздражитель и принялся натягивать ткань шорт.
— Как тебе Даша?
— Она чудо! Если я когда-нибудь сподоблюсь завести семью, то хотелось бы чтобы моя подруга была похожа на нее.
— А как же хвост?
— Вот и я думаю… Как ей под хвост то подлезать! Ха-ха!
Мой младший брат весело рассмеялся, понятно что только в моей голове. Вот и юмор прорезался! Совсем очеловечивается.
— Пошли искупаемся, что ли. А то наши девушки найдут себе какого-нибудь русала.
Присоединяемся к плещущимся подругам, которые мигом повисли на наших шеях и потребовали соревнований по забегу в воде, естественно вместе с ними на спинах. Гадский ящер легко опередил меня, мухлюя невидимым хвостом, работающим как пропеллер. Довольная Дашка победно издала кличь индейцев и гордо выпятила впечатляющую грудь. Мой малыш опять неспокойно зашевелился, несмотря успокаивающее действие морской воды. Сиськи — мечта онаниста! Может предложить ей пройтись в кустики. Оглянулся на Маришку и увидел ее хитрый взгляд, который читал меня как открытую книгу.
— Хороша Даша? Что? Хочешь завалить ее под кустиками?
Говорил же! Не хуже Гены у меня в голове копается.
— Что ты, Маришечка! Я думаю о том, какой же лифчик ей понадобиться, когда в них молоко появится.
— Хм… А если у меня будет молочко, то размер увеличится и я догоню Дашку! Мы теперь женаты, а значит… — Она окинула меня плотоядным взглядом и решительно потянула в кусты.
— Эй! Там могут быть змеи!
— Нет там ничего! А одна змейка больно уж потолстела, и ее хозяин на чужие сиськи засматривается. Непорядок! Давай делай мне молочные сиськи! — Подруга прислонилась к наклонной пальме и выпятила попку.
Не стал кобениться и прижавшись к идеальным полушариям почти сразу нашел заветный вход в капельках соленой воды. Вскоре пальма затряслась и сверху на песок упал коричневый кокос. Но нас такая мелочь уже не могла остановить, так как острое наслаждение устремилось к пику и вылилось в зубовный скрежет под тихий стон.
— Не вынимай! Подожди… — Маришка отпустила пальму и нырнула торсом вниз. — Надо чтобы не вытекло.
— Мариша. Так все равно вытечет.
— Не вытечет! Видишь живот ниже писи!
Я посмотрел и увидел восхитительную картину моего дружка уходящего в нежные валики между розовыми ягодицами стоящими на стройных ножках и голубое море в просветах зеленой листвы. Картина меня взбодрила лучше всякой виагры, и я качнул бедрами раз другой и завороженно продолжил, не слушая возмущенные возражения, доносящиеся откуда то снизу.
— Гад! — Маришка все же нырнула головой в песок, когда, я достиг кульминации и добавил внутрь кандидатов на одну единственную яйцеклетку. Подруга улеглась спиной на песок, а ноги задрала на удобную во всех смыслах пальму.
— Все! Пол часа меня не трогать! Иди купаться! — Маришка прикрыла глаза и блаженно раскинула руки.
Купаться, так купаться! Прошел к воде, увидев невдалеке загорающих Гену с Дашей.
— Алекс. Даша тоже хочет совокупиться. — Протранслировал Дракоша, видимо переживая за подругу.
— Так сделай ей массаж! Зря что ли интернет смотрел.
— У меня когти!
— Тогда языком.
— А?.. А-а! Можно попробовать…
Не стал смотреть на этот эксперимент и, отплыв подальше, откинулся в теплой воде, качаясь на ласковых волнах. Хорошо!
Минут через тридцать собрались в кучку и принялись обустраивать лагерь под двумя пальмами на краю зарослей. Поставил артефактное походное жилище, а рядом собрали двухместную палатку и закинули внутрь широкий надувной матрас.