— Я могу прилечь? Или я вам помешаю?
— Хватит прикалываться! Как ты можешь нам помешать? Ты же наш муж!
— Не ваш, а твой!
— Наш, Леша! Именно наш! Иди сюда. Мы тебе это сейчас докажем. Смотри какие мы чистенькие! — Маришка откинула полу белого халата, под которым кроме девственно чистой кожи без единой волосинки ничего не было. Любуюсь местом слияния длинных ножек, украшенное милой припухлостью с трогательной щелкой. От увиденного во мне все вздыбилось, и я рухнул лицом прямо в эту впадинку, втягивая носом запах ароматических масел с тонким привкусом женщины.
— М-м! Какая вкусная! — Провел языком по трещинке, раздвигая створки сладкого персика.
— Ай! Щекотно! Ты еще Дашкину писечку не видел. Сейчас упадешь! Дашуня предъяви! Ну, как?
Две самые прекрасные женщины лежали на белых простынях, предъявляя свои такие разные, но одинаково восхитительные Венерины бугорки, ждущие моего внимания и ласки. Не стал отказывать себе и провел дегустацию Дашиного пирожка, вызвав милое хихик и легкий танец живота с выразительным пупочком. Обхватил руками бедра любимых и по очереди провел дегустацию необычного «десерта».
— У тебя привкус миндаля, а у тебя немного слаще с цветочным ароматом. Ой! Кто это у нас⁈ Какая-то ягодка… Сейчас съем! — Старшая жена взвизгнула и сложила коленки, защищаясь от чересчур чувствительной ласки. Я переключил внимание на вторую женушку, которой очень понравился процесс и она, закрыв глаза вздыхала, сжимая руками полы распахнутого халата. Я не стал отказывать ей в этом удовольствии и вскоре наша долгоиграющая Даша мило кончила, прижав руками мое лицо к самому сокровенному.
— Опять первая кончила! — Шутливо возмутилась Маришка. — Ой, а соски как надулись. Будешь кормить обоих наших бебиков. Давай я тебя потренирую! Мариша засосала крупный сосок на правой груди и принялась чмокать, как младенец.
— Чего отлыниваешь? — Невнятно прошамкала подруга с сиськой во рту. — Хватай второй!
С удовольствием выполнил команду, одновременно массируя тугую грудь, успевшую покрыться золотистым загаром. Дашка ловила кайф от процесса, как впрочем и мы, наслаждаясь игрой в великовозрастных младенцев.
— А теперь секс! — Скомандовала моя заводная женушка и начала руководить процессом. — Садись на край кровати!
Я выполнил указание, в предвкушении ожидая продолжение. Маришка села на мои колени и всунув мне в рот задорно торчащую левую грудь, стала присаживаться на давно готового бойца.
— Поехали! — Пробормотала, сдунув челку и, ухватив меня за плечи, задвигалась в эротическом танце откинув голову и закусив губку. Я успел как следует насладится сиськой с персиковым вкусом, когда Маришка со стоном притянула мою голову руками, прижав грудь к лицу и задергала животиком. Дождался паузы и почти задохнувшись отодвигаю впавшую в экстаз женушку. Посмотрел на правую грудку и, сравнив с левой, решил для симметрии сравнять с покрасневшей и удлинившейся в два раза пипкой.
— Да! — Подхватила мое дествие Маришка. — Вторая серия! — Хрипло выдохнула и исполнила танец на бис, который я отметил бурным «рукоплесканием» выбросив в горячие недра свой «крем» домашнего производства.
— Ах! — Вздрогнула женушка и потеряв силы повисла в моих руках. — Всегда бы так!
Затем мы все-таки выпили вина, немного отдохнули, и я отлюбил Дашуню с чувством, толком и расстановкой, вжимаясь в ее роскошное тело, которое было совсем не против моей тяжести и принимала мой вес с большой охотой и радостью. Кончил так, что зашумело в голове, а Даша чуть ли не впервые вскрикнула от избытка чувств.
— Вот и молодец! — Отреагировала Маришка. — А то все стесняется кончить как следует! Даже я почти финишировала. Давай Леша помоги пожалуйста. — Она легла на безвольную Дашу и выставила вверх свой задик. Мой солдатик будто зная свой долг, был еще пригоден к использованию, и я быстро догнал Маришку, которая затрепыхалась на пышной груди подруги.
Полежали на мокрой от наших упражнений простыне, остывая под свежим ветерком из распахнутых окон, и жена с номером два пошла под бочок своего «мужа».
Маришка затихла в моих объятиях и засопела носиком.
— Лешь… А ты кого больше любишь? Меня или Дашу?
— Тебя…
— Ну тебя! Я серьезно!
— И я серьезно. Тебя больше и чаще, а ее реже и соответственно меньше.