— А ты не поддавайся на провокации. Игнорь его! — советую я Тоне.
Все давно знают, что проще дать совет другому, чем разобраться с собственной жизнью.
И тут меня посещает одна мыслишка. Но, звенит звонок, и мы с Тоней подхватываемся и бежим по своим делам.
Кстати, на перемене встречаю обнимающихся Аиду и Макса.
2. 2.
В столовую иду попозже, надеясь на обед в одиночестве. Столовая и общежитие находятся в соседнем здании, поэтому приходится выйти из учебного корпуса и немного пройтись. В вестибюле, мельком глянув в большое зеркало на стене, отмечаю, что сегодня потрясающе симпатична в серой юбке и фиолетовом свитерке. Мама не покупает ничего себе фиолетового, говорит, что фиолетовый делает лицо уставшим.
В столовой было занято всего несколько столиков. Сажусь у окна. Пока ем суп, оглядываю сидящих. За одним столом замечаю Марка в компании двух третьекурсников. Смотрю в его сторону, и тут же встречаюсь с ним взглядом. Он машет мне рукой. Я перевожу взгляд в тарелку с салатом.
— Привет. — Передо мной стоит Марк. Жёсткая линия губ сломалась в полуулыбке.
— Здравствуй.
— Я сяду, — кивает он на стул и садится напротив.
Мы сидим друг против друга и молчим.
Свитер с закатанными рукавами. Руки на столе. Пальцы сжаты в кулак, большой лежит поверх указательного. На запястье у него блестят большие часы.
Я жую капусту и смотрю на его руки. Понимаю, что он сидит и смотрит на меня. Следовало что-то сказать. Наверное.
Я поднимаю глаза, Марк вскидывает брови. Становится неловко.
— Какие красивые облака, — говорю я и смотрю в окно. Там, за окном, перестал идти дождь. И провисшее небо посветлело.
Ну да, когда не знаешь, о чём сказать — говори о погоде или облаках.
— По-моему, ты классная, — говорит он и накрывает мою ладонь своею.
Я поворачиваюсь, и мы несколько секунд смотрим друг другу в глаза. Передо мной в расслабленной позе сидит парень, совсем не похожий на самодовольного мудака. Чёткий подбородок, сдержанная улыбка. Он выглядит почти смущенно.
Затем я убираю руки под стол, кладу их на колени. И краснею.
— Тебе идёт этот цвет. — Марк кивает на мой свитерок . — Он просто отпадный.
— А то я не знаю.
— Гм.
Я встаю, составляю свою посуду на поднос и ухожу. Марк остается сидеть, развалившись на стуле.
В течение всего рабочего дня вспоминаю об идее, которая пришла мне в голову, пока я выслушивала Тоню. Но у меня не было возможности её обдумать. Не придумаю: с кем бы посоветоваться? Наша завуч по воспитательной работе относилась к моим задумкам скептически, как к дешёвым уловкам завоевать расположение ребят. Считала меня молодой и наивной. Словом, во всех моих затеях я барахталась сама, не надеясь ни на какую руку помощи или поддержку.
В дверь кабинета постучали, и тут же за ней появился Ваня с цветочным горшком в руках.
— Я вот тебе эсхинантус принёс, — кивнул он на небольшой кустик в горшке, — а то, что это за кабинет психолога, где всего одна пальма и та забилась в угол.
Ваня переложил файловые папки с подоконника мне на стол и водрузил на него свой цветок.
Я встала познакомиться с новым соседом.
— Так как его зовут?
— Эсхинантус!
— Как, как? — переспросила я Ваню, а затем протянула ему ручку и лист бумаги. — На вот, запиши лучше.
Ваня разулыбался и большими буквами вывел: эсхинантус.
Ваня был неплохим парнем, но вот что-то с нашими учащимися не очень у него складывалось, поэтому Ваня, бывало, ко мне подходил посоветоваться. Правда, к моему великому сожалению, разговор, обычно, переходил на ребят из школы. Ему его ученики в школе были интереснее, чем наши шараговские ребята. Ваня, Иван Кириллович, был школьным учителем математики, которого наш шеф уговорил по совместительству преподавать у нас.
Может, с Ваней посоветоваться про мою идею? Нет, что-то не хочется. Скорее это Ване нужен хороший совет.
Вот приду домой и спокойно обмозгую всё.
На следующий день с утра полна решимости: воплотить свою идею в жизнь. И первый, с кого начну, — первокурсник Илья.
Илья очень позитивный чел. И, если бы я была первокурсницей, я бы влюбилась в Илью. Хотя, когда мне было шестнадцать, мне нравились совсем другие парни.
Илья
Илья жил шестнадцать, но уже давно знал, что жизни без боли и разочарования нет. Во всяком случае, не в этом мире. Вот, чего не знал, так это того, что способен так отчаянно скучать по кому-то.
С Настей они познакомились, нет, не познакомились. Он просто увидел её на тусе в элитном лицее, который находился буквально в двух шагах от их дома, но Илья и почти все его знакомые учились в школе за два квартала от их двора. В лицей пацаны попали, заставив богатенького зашуганца сказать, что они его друзья, и что они с ним.