Вдохновленный успехом, Шарль перечитывает тетрадь Пьера и подумывает об издании его прозаических сказок.
В литературе до сих пор бытует мнение, что Пьер Перро вообще не писал никаких сказок. Их автором якобы был отец, академик Шарль Перро, которому, как считают скептики, попросту показалось неудобным под своим именем издавать прозаические сказки, почему он и решил издать их под именем Пьера.
Мнение это, однако, едва ли состоятельно. Во-первых, непонятно, почему Шарлю удобно было издавать под своим именем стихотворные сказки, но показалось неудобным издавать весь сборник, в который вошли и стихотворные, и прозаические произведения.
Во-вторых, как отметил профессор Марк Сориано, в вышедших в 1695 году «Избранных произведениях» мадемуазель Леритье де Виллодон, племянницы Шарля Перро, содержится множество ссылок на тетрадь сказок Пьера Перро.
Так что тетрадь эта — вовсе не мистификация. Она была. Записывались в нее народные сказки. Другое дело, что в таком виде их издавать было нельзя. И отец решает доработать сказки сына. И при этом издать их под его именем. Может быть, это поможет Пьеру в его дальнейшей жизни? И даже — кто знает — поспособствует его возможному успеху при дворе?
Мы не знаем, сколько всего сказок было в тетрадке Пьера. Шарль отобрал всего восемь. Почему именно их? Потому что он решил издать тематический сборник. Каждая сказка, которую он отобрал, несла в себе мораль. А чтобы усилить ее воздействие на читателя, Шарль решил каждую прозаическую сказку сопроводить стихотворной моралью.
Но главная задача, которая стояла перед Перро, — это сделать из черновой записи народной сказки подлинный литературный шедевр.
Работу он начал со сказки «Спящая красавица».
Почему именно с этой сказки? Кто знает? Быть может, он вспоминал о своей любимой Мари — такой веселой, живой, красивой — и так рано умершей…
Шарль тщательно работал над сказкой. Он ее сделал изящной, внес в нее тонкий аромат дворцового этикета. Но что-то мучило его. Какое-то воспоминание, которое нужно было обязательно вставить в сказку. А если не вставить, то хотя бы упомянуть о нем…
И, наконец, он вспомнил.
Воспоминание было связано с замком, который зарос густым лесом. Он когда-то видел такой замок!
Это было в те времена, когда Шарль работал в Интендантстве королевских построек. По его делам он оказался на реке Луаре. Его удивили белые башни, которые возвышались над дремучим лесом, и он спросил у местных рыбаков: кто живет в этом замке?
— Привидения, — ответили ему.
Шарль запомнил название замка — Юссэ.
И ему стало легче писать сказку: если писатель хорошо представляет место действия и героев — изложение становится правдивее.
…Напомню читателю, что замок Юссэ на реке Луаре стоит и сегодня. Его отремонтировали, и любители сказок Шарля и Пьера Перро приезжают сюда, чтобы увидеть место, где жила принцесса, и подняться в ту башню, где сидела старушка, нарушившая запрет. Она вязала, а принцесса попросила у нее спицу, укололась и заснула на сто лет.
Во дворе замка и в его фойе посетители могут купить сказки Перро и сувениры: вязальную спицу из замка Юссэ, вылепленные из глины фигуры героев, любимые духи принцессы и т. д.
Один раз в неделю во дворе замка показывается представление по мотивам сказки Перро «Спящая красавица».
Весь 1695 год Шарль работает с тетрадкой Пьера. Это была кропотливая работа. Шарль не ограничивался одной лишь литературной правкой. Он поднимал книги великих сказочников прошлого, прежде всего Джанфранчески Страпаролы и Джамбаттисты Базиле.
Как уже говорилось, Перро старался находить в своей памяти аналоги речкам, лесам, замкам и героям, живущим в его сказках. Так, в сказке «Красная Шапочка» (и во всех других, где действие происходит в сельской местности) оживает его родное село Вири. Шарлю казалось, что Красная Шапочка со своей мамой живут в селе Вири, а бабушка — в селе Савиньи: к ней нужно было идти не только лесом, но и через речку Орш. А в образе самой Красной Шапочки оживала в памяти Шарля его маленькая Франсуаза, такая же чистая и невинная, как и героиня сказки.
Текст самой сказки «Красная Шапочка», как отмечает профессор Марк Сориано, «взят целиком из устной литературы. До 1695 года он никогда не был записан».
И запись эту сделал Пьер Перро. Умом ребенка или юноши он сохранил сказку такой чистой и наивной, что править текст отцу показалось бессмысленным. Как писал другой современный французский исследователь Валькенер, «наивность детских фраз юного Пьера показалась отцу подходящей для этого вида сочинений».