Доктор Лозье-Депрец писал о Перро: «Шарль был последним ребенком в семье. У него была разница более чем в двадцать лет со старшим братом; его отец был слишком стар, чтобы дать ему представление о мужественности, а мать — слишком стара, чтобы внушить ему желание женщины. Это вызвало у него, во-первых, подавление импульсов, а во-вторых, огромный страх перед женщинами».
«Действительно, — соглашается с ним Марк Сориано в своей докторской диссертации „Критическое изучение сказок Шарля Перро“, — отсутствие мужественности и боязнь женщин глубоко связаны чрезмерным чувством неуверенности, которое испытывал Перро из-за того, что он был младшим и единственным выжившим из двух близнецов».
Доказательство этому мы находим в его удивительном «Диалоге Любви и Дружбы».
Вот его тема. Мирно живут сестры-близнецы — Красота и Доброта. Приходит Желание и, как это и должно быть, влюбляется в Красоту. У них появляется ребенок — Любовь; сначала она очень забавна, но потом делается несносной. В этот момент Желание увлекается Добротой, тоже женится на ней, и у этой новой пары также появляется ребенок более ровного нрава — Дружба. Тем, кто удивляется этому двойному браку, автор непринужденно сообщает, что действие происходит в то время, когда позволительно было жениться на двух сестрах.
На самом деле, разъясняет Марк Сориано, речь идет о так называемом «общем браке», о котором, как свидетельствуют исследования, мечтают многие близнецы. Женщины-близняшки хотят иметь одного мужа на двоих, причем дети от этих двух пар образуют еще одну пару, на этот раз — разнополую.
Эта подспудная идея «Диалога» позволяет сделать вывод не об отсутствии полового влечения автора, а о его необычайной хрупкости. Шарль боялся разочаровать женщину физически. Он желал женщину и одновременно боялся ее. У него и раньше были попытки близости с женщиной, но они кончались неудачей из-за того, что партнерша слишком торопила события…
Девушку, на которой предстояло жениться Шарлю, звали Мари Пишон. Она была из очень богатой семьи. Иначе и быть не могло: в семье Перро привыкли во всех обстоятельствах думать о выгоде. Тем более когда речь шла о женитьбе.
Встреча состоялась в парке. Мари шла ему навстречу по аллее. Шла спокойно, ничем не выражая ни страха перед знакомством, ни торопливости в чувствах, На ней было бархатное платье зеленого цвета, ниже талии оно колыхалось на обручах.
«Она плывет словно фея, словно королева, — думал Шарль, стараясь лучше разглядеть черты ее лица. — А на вид еще ребенок!.. Сейчас она подойдет ко мне, и сказка разрушится».
А Мари приблизилась к нему, как-то очень по-простому улыбнулась, сделала книксен и лукаво спросила:
— Как вы меня находите?
— Вы прелестны… как дитя! — вырвалось у него.
А она продолжала, как бы шутя:
— Да разве вы меня разглядели? Вы смотрите куда-то в сторону!
— Я и так увидел слишком много, — пролепетал сорокачетырехлетний жених.
Мари протянула ему свою маленькую изящную ручку с дорогим перстнем и, пока он целовал ее, думала:
— У него испорченные желтые зубы… Под пышным париком конечно же лысина… На лице не сосчитать морщинок… Он уже старик… Но я буду его женой, ибо он не так плох еще… И я рожу ему детей.
И когда Шарль выпрямился и встретился взглядом с девушкой, то увидел в ее глазах материнскую теплоту… И едва не заплакал: ему так хотелось видеть именно такие теплые, добрые глаза!
Восемнадцатилетняя девушка, о которой он последний месяц столько слышал, но которую увидел впервые, стояла перед ним и улыбалась ему, старику. Улыбалась так, как улыбаются милому другу, а ведь между ними лежали многие годы. И единственное, что вырвалось у него, — это слова:
— Мари! Как ты хороша!
А она, девочка, вдруг протянула руку к его голове, на которой осталось так мало своих волос, мягко погладила его по парику, а потом прижала свою теплую ладошку к его щеке.
— Шарль… — ласково произнесла она, — я обещаю вам, что не предам вас и не изменю вам!
Это было сказано так неожиданно и так искренне, что он поймал ее руку и покрыл поцелуями.
…Так прошло знакомство. Позже будет обручение. И лишь весной следующего года — венчание.
В ожидании свадьбы Шарль не уменьшает своего рвения в работе. При его активном участии Кольбер основывает Парижскую академию архитектуры, в которой самую активную роль стал играть Клод Перро.
В 1671 году Шарль решился напечатать давно написанную поэму «Прогулки разума и кольца короля». Она получилась длинная, в половину печатного листа.