Все сдающие вместе со мной экзамен одногруппники тоже указу очень обрадовались: физик, экзамен принимающий, просто собрал то, что они успели написать, быстро бумажки проглядел и поставил всем оценки, никого ни о чем вообще не спрашивая. Но ему, по большому счету, это и не требовалось: предмет он сам у нас вел, кто что знает, и без экзаменов понимал и оценки расставил в общем-то справедливо. Так, что даже за тройку Коля Видонов обижаться на него не стал. И на этом учеба закончилась – в этом году закончилась, и – хотя лето выглядело для меня не самым простым – я отправился на заслуженный отдых.
Совсем заслуженный (все же вон как мои труды страна оценила) и совсем отдых: до конца августа мне предстояло всего лишь по две пары лекция пять раз в неделю командировочным читать и немножко руководить разработкой того, что я счел прообразом операционной системы. Но ведь это на самом деле было очень нетрудно!
А отношения с Ю Ю – они пока что остались прежними. То есть когда нас никто не видел, то она ко мне относилась как строгая воспитательница в детском саду к малышам, а в остальное время – как влюбленная в преподавателя студентка. Именно как влюбленная в преподавателя: изо всех сил старалась доказать мне, что именно она является лучшей моей ученицей. И науку программирования она действительно постигала весьма успешно: когда я рассказал, каким должен быть загрузчик системы, она его буквально за три дня написала и отладила. А на лето в качестве «домашнего задания» она себе выбрала разработку драйверов файловой системы для дисков. Не для «гибких дисков», а для любых: в политехе парни героически отлаживали накопитель уже на жестком диске, причем по их расчетам емкость его могла быть уже в районе нескольких мегабайт. Правда, сколько именно, было еще непонятно: пока что у химиков в Дзержинске не получалось качественно лак на алюминиевый диск нанести, а тот, что к алюминию все же хорошо прилипал, не позволял достичь нужной плотности записи.
Но вот все это, как я сам с удивлением понял, мне стало совсем уже неинтересно. То есть в принципе неинтересно: это как читать «курочку-рябу» во взрослом состоянии. Все известно заранее, никакой интриги ожидать уже не приходится, и даже мозг напрягать не нужно, и без этого с любого места сказку безошибочно воспроизвести сможешь. Так что я, на время (надеюсь, достаточно продолжительное) «забыв» о вычислительной технике, внимательно осмотрелся вокруг, чтобы понять, что я пропустил. И оказалось, что «пропустил» я очень много интересного.
Даже по жилищному строительству, как выяснилось, много пропустил: то, что в городе очень много всего строилось, я своими глазами видел, но узнал, что как раз в Горьком строилось вообще не очень-то и много, а в основном в области строительство велось в небольших городах (не во всех, в том же Павлово и в Ворсме «уже все нужное выстроили»), и в основном стройки шли в деревнях. Причем строили не только жилье, всякий «соцкультбыт» тоже без внимания не оставался: теперь к осени в каждом селе должен был уже появиться собственный клуб, фельдшерские пункты (а в каждом райцентре – и очень неплохо оборудованные больницы) – ну и «производственная инфраструктура» не отставала.
Особенно «производственная»: в основном, конечно, строились небольшие фабрички по выпуску какой-то еды или несложных «товаров народного потребления», но и маленькие заводы, выпускающие что-то для заводов уже больших, тоже быстро появлялись. Например, в Ичалках выросла хотя и небольшая, но сразу ставшей известной на всю область фабрика, на которой шились детские сандалии, а в Ардатове заработали уже новая мебельная фабрика, выпускающая кухонную мебель и завод, на котором начали делать автомобильные спидометры для Камышинских автобусов и автомобильные фары. А всего только авточасти в области семь заводиков должны были выпускать, и строительство оставшихся тоже велось очень быстро – вот только строителей все же сильно не хватало, так что на стройки стали приезжать и бригады шабашников из других областей. То есть не областей, во всех областях России ситуация со строителями была примерно такой же, так что народ уже «из республик» массово поехал на заработки.