Константин Павлович вдруг поймал себя на мысли, что о Воронеже и области он уже думает «там» – и ему стало очень обидно. Не за то, что его, совершенно очевидно, накажут за столь значительное нарушение финансовой дисциплины, а за то, что он уже не сможет принять больше участия в поразительном, с какой стороны не посмотри, восстановлении и развитии города и области. И огромную «дыру» в бюджете области не сможет сам закрыть, а ведь ее почти наверняка выйдет полностью закрыть уже через год. И продавая те же стройматериалы населению по схеме Комбината– а нынешнее лето уже показало, что спрос на них просто огромен, и с выручки «новых старых фабрик и заводиков», которые к зиме тоже покажут, на что они способны.
Товарищ Жуков вспомнил, как вчера, в понедельник, этот мальчишка радовался, когда вновь запустили разрушенный в войну мебельный завод в пригороде Воронежа. В планах на восстановление этот завод вообще не значился на ближайшие пару лет – но почему-то его горьковчане бросились восстанавливать чуть ли не в первую очередь, причем ответственный за оборудование завода новыми станками инженер сказал, что завод «по личной просьбе Шарлатана» восстанавливают. И восстанавливали его очень быстро, хотя пока он даже толком работать не мог, ему сырья просто не хватало. Не то, что не хватало, дерева для него почти вообще не было, оно только ближе к концу зимы появится. И за весь вчерашний день завод изготовил только один небольшой шкаф, да и в ближайшие несколько месяцев там этих шкафов смогут делать хорошо если по паре в день – но мальчишка почему-то очень торопился с его пуском. И устроил из его пуска настоящий праздник, даже откуда-то салютную установку смог в город притащить. Одно слово – мальчишка, но ведь именно он по сути и запустил как-то столь бурное восстановление города, да и в области именно по его планам очень много успели сделать. А что из-за этого пришлось финплан нарушить – так деньги всего лишь бумажки, причем их-то обратно получить будет несложно, хотя и не быстро, а все выстроенное – оно уже есть и будет служить людям.
– Да, наделал ты дел, товарищ Шарлатан, – подумал он и засмеялся: до него вдруг дошло, что даже самолет, на котором он летит в Москву, ему предоставил этот удивительный мальчишка.
К некоторому удивлению Константина Павловича, его с аэродрома повезли не на Старую площадь, а сразу в Кремль, но и там его в небольшом кабинете встретил уже товарищ Струмилин:
– Товарищ Жуков, пока там готовятся… у меня к вам накопилось несколько вопросов и вы, надеюсь, сможете мне на них ответить. Первый вопрос такой: каким образом у вас получилось строить жилые дома всего по восемьсот без малого рублей за метр при том, что сметная стоимость их превышает тысячу четыреста?
– А, это я знаю, сам удивился и потому постарался разобраться. Во-первых, у нас получилось цены на строительные материалы заметно снизить: тот же глиняный кирпич с артельных предприятий мы получали по двести двадцать рублей с копейками за тысячу, в то время как сметная стоимость его обычно берется в размере трехсот восьмидесяти. Второй момент связан с тем, что в проектах этого архитектора, Ильгаров его фамилия, предусматривается возможность использования при строительстве кирпича, изготовленного буквально из подножного сырья…
– Какого подножного?
– Изготовленного из земли, которую выкапывают при закладке котлована под фундамент. Он вообще обходится менее чем по восемьдесят рублей за тысячу. Им в строении можно больше половины глиняного кирпича заменить.
– Тогда второй вопрос: а почему у вас почти все дома выстроены трехэтажными, хотя даже в утвержденных проектах указаны четырехэтажные и пятиэтажные дома? И ведь даже школы…
– Тут снова специфика этого земляного кирпича. Товарищ Ильгаров объяснил, что такой кирпич полную прочность набирает почти через год, а если из него дома сразу строить, то их выше двух этажей сразу поднимать нельзя. Можно и на три этажа подняться, если наружную часть стены ставить из кирпича глиняного или силикатного, то есть так, как у нас и строится всё, а через год можно уже и четвертый этаж ставить, и даже пятый. Но пятые мы, скорее всего, все же строить не станем, там по санитарным нормам уже лифт требуется, а в используемых проектах лифты не предусматриваются. Тем более, что лифтов у нас пока и нет.
– А вы заложили в городе высотное здание…
– Проектом товарища Руднева такое здание предусматривается… только у нас оно будет опять-таки по проекту товарища Ильгарова. У Руднева для здания предусматривается стальной каркас, из высококачественных сталей, а в ворсменском проекте каркас строиться из железобетона. Тоже не самого простого, но здание будет в полтора раза дешевле. А именно сейчас его заложили опять-таки из-за стройматериала: фундамент ворсменские архитекторы изготовили из монолитного тяжелого шлакобетона, который тоже будет полгода прочность набирать. Сразу скажу: я был против его закладки сейчас, ведь там пришлось и отопительную систему сразу устанавливать так как на холоде этот бетон прочность очень медленно набирает. Но горьковчане меня не послушали, а возражения мои… Товарищ Сталин при мне дал этому молодому человеку полномочия строить так, как он захочет…