И ведь если не вникать в детали, возглавлял весьма успешно, за пятнадцать лет работы министром химпрома он увеличил выпуск химической продукции аж в двадцать пять раз, а по некоторым продуктам вообще весь мир обогнал. Но нам как раз для анализа выдали много именно «детальной информации», и, хотя проклятые буржуины от участников семинара нужных им результатов и не получили (все же еще не испарился среди наших аналитиков еще дух патриотизма), кое-какие выводы мы (в своем дружном и все же закрытом коллективе) сделали. Очень все же неоднозначные выводы, коллектив «слушателей» (а нас и было-то всего с десяток человек) разделился на три непримиримые (по части выводов) группы — и именно из-за этого буржуи так и не узнали «единодушное мнение советских специалистов-экономистов», ну а я тогда присоединился к наиболее малочисленной группе (то есть нас к таким выводам пришло лишь двое, причем оба «не экономиста»), состоящей из «чистых математиков». Но тогда я дальше развивать и конкретизировать свои выводы не стал: буквально через неделю получил предложение денег семье за океаном заработать — и о всем, что на семинаре произошло, прочно забыл «за ненадобностью». Тогда — забыл, а теперь вспомнил, и, вернувшись в Пьянский Перевоз, с удвоенной силой принялся за анализ полученных документов. С утроенной даже: мне показалось, что я понял, каких выводов ждет от меня Сталин…
Впрочем, Сталину мои заключения нужны были только к осени, даже, скорее, к ноябрьским: бумаги касались программы на следующую пятилетку с шестьдесят первого по шестьдесят пятый годы включительно, так что горячку пороть я не собирался. Тем более что и текущей работы (в том числе и на «семейном фронте») было очень много. И семья тут была как раз с работой непосредственно и связана: в программистском техникуме должен было состояться первый выпуск, и одной из выпускниц должна была стать Лида. По поводу результатов выпускных экзаменов я не волновался: Славка Суханов который в этом техникуме тоже «подрабатывал» (и который был руководителем Лидиной дипломной работы) меня уверял, что она все сдаст на «отлично». Но Лида очень хотела все же образование продолжить, причем поступить в университет на факультет Неймарка — но… В университете заочного обучения не предусматривалось, а поступать на заочный в политех Лида не хотела: ей кто-то (за что я Славке отдельный пистон вставил) внушил, что в политехе программистов готовят очень слабеньких и исключительно «прикладных», а вот в университете получаются очень хорошие системные программисты. И в целом он был прав (хотя насчет «слабеньких» он все же сильно преувеличил), но я-то предполагал, что после года обучения на заочном в политехе жена сможет и к Неймарку перевестись без особых проблем, но вот убедить в этом Лиду было трудно.
Однако, как выяснилось, этого и не потребовалось: десятого июня, после того как Лида с сияющей физиономией продемонстрировала мне новеньких диплом, в гости зашла соседка снизу:
— Ну что, Лида, похвасталась дипломом перед мужем? Я тебя поздравляю с успешными окончанием техникума, а теперь давай твой диплом сюда, он тебе больше не нужен будет.
— Это почему? — возмутилась жена. — Я с ним завтра уже в Горький поеду, в университет буду документы подавать.
— Никуда ты не поедешь: без диплома там у тебя никто никакие документы не примет. А я горьковчанам твой диплом точно не отдам, он мне самой нужнее.
— А… а тебе-то он зачем?
— Затем: по закону все документы о среднем образовании моих студентов должны храниться у нас в канцелярии. Давай его сюда, я тебя к себе уже зачислила, так что не нарушай бюрократические процедуры.
— Это нечестно!
— Честно. В нашем институте ректорат сам определяет, кого на учебу брать, причем у нас никаких вступительных вообще не предусмотрено. Мы смотрим, как люди в других заведениях учатся и если считаем, что человек нам годится… Ты не думай, за вашим техникумом наши преподаватели очень внимательно наблюдали, и было принято решение — не мной, а именно этими преподавателями — четверых выпускниц к себе для дальнейшего обучения забрать. Кроме тебя к нам идут Банина, Карамышева и Тупицына… надеюсь, она вскоре замуж выйдет и фамилию все же сменит, золото ведь, а не девчонка. А твое семейное положение тебе лишь одну поблажку обеспечило: я сама к тебе за дипломом зашла, а не вызвала в канцелярию. Тут, конечно, недалеко, но все же лишний раз по душным кабинетам таскаться… Давай диплом, тебе говорят! Шарлатан, объясни жене, что с полковником Госбезопасности у нас не спорят.