Глава 6
К собственному удивлению сельскохозяйственные вопросы стали мне очень интересны. И не только с позиции «насчет пожрать». Скорее, все же с чисто математической стороны: по прикидкам, качественный анализ уже собранных данных мог существенно помочь в прогнозировании будущих урожаев, точнее, помочь найти способы их повысить с минимальными затратами. А еще точнее — помочь не тратить огромные средства на работы, существенного эффекта не дающими. Вообще-то пока правильно решить, что нужно в поле сделать, чтобы повысить урожайность, было крайне сложно и в этой части те же агрономы опирались главным образом на эмпирический свой опыт — но так как опыт этот был главным образом «локализованным», а условия отличались не только от области к области, но и даже на соседних полях одного района, то слишком уж часто, по моему мнению, огромные вложения вообще никакого эффекта не давали. Или, что хуже, эффект получался сильно отрицательным: мне в Тимирязевке рассказали «грустную историю» о том, что активное использование каких-то удобрений на картофельных полях Рязанщины привело к тому, что в хранилищах выращенная на этих полях картошка уже через месяц гнить начала. Но там, ко всеобщему счастью, у большинства колхозов просто денег на удобрения не хватило и картошки сгнило все же не особенно много.
Однако для проведения должных анализов просто данных было все же недостаточно, требовались и правильные аналитические программы. И я даже знал, какие, поскольку много лет сам такие писал — но писал я их с использованием множества уже готовых библиотек, вообще не вникая в то, какие алгоритмы в них реализованы, а вот как составить такую программу с нуля я себе довольно плохо представлял. Но, слава богу, общее направление мне все же было известно — и я в очередной раз прибег к «Шарлатанскому подходу к решению проблем».
Мне для решения намеченных мною задач была нужна программа многофакторного анализа, причем с заранее неопределяемым количеством факторов. К тому же было бы неплохо в процессе предварительного анализа данных определять факторы малозначимые и вычислять те, которые «по случайному совпадению» выглядели влияющими на результат. Тоже в принципе было понятно, как эту работу провести, но жил-то я не в принципе, а в Советском Союзе — а тут по мановению волшебной палочки почему-то все нужное из ниоткуда не появлялось, так что пришлось сначала прикинуть, откуда это нужное хотя бы теоретически возникнуть может.
А еще для определения значимых факторов (и последующего ранжирования их по уровню значимости) требовалось сначала все же решить, а какие факторы будут рассматриваться — а вот с этим у меня картина выглядела очень печально. Да, удалось собрать огромную «фактуру», касающуюся взаимного расположения земельных участков, влияния соседской и предшествующей растительности, даже способов обработки полей и химического состава грунтов. Все это было очень интересно — но, как я понял, даже в малой степени не отражало реальной картины. Я случайно буквально услышал, как двое биологов в курилке спорили о том, насколько полезными будут «живые изгороди» из сосен вокруг полей. И один другому доказывал, что от сосняков будет большая польза из-за того, что в лесной подстилке сосняков в разы меньше натрия, который, оказывается, угнетающе влияет на растения. А другой, первому оппонируя, утверждал, что данное свойство наоборот быстрее приведен к деградации полей, так как подстилка лиственных лесов «лишний натрий» в себе удерживает, а сосновая наоборот, его вместе с накопленной водой в соседние поля из себя выпихивает…
Я не удержался, подошел, спросил, уж не про натрий-хлор ли они тут беседуют — и узнал (в чем оба товарища были единодушны), что как раз хлор на растения почти никак не влияет, посыпать поля поваренной солью вредно именно из-за натрия. Но который в определенных дозах растениям все же необходим и спор их как раз из-за уточнения таких доз и ведется. Немного расширив свой вопрос я узнал, что вообще-то в земле чуть ли не вся таблица Менделеева закопана и большая часть их химических элементов на растительность как-то, да влияет, но вот как именно — это пока почти никому неизвестно. Есть, конечно, в агрономической науке какие-то обоснованные (в основном, опытным путем обоснованные) мнения, но тут еще появляются вопросы взаимодействия различных веществ — а в этой области агрономической (и биологической) науки кони даже валяться не пытались.
Ну, с конями я понял: не забыл еще, как дед Иван рассказывал, что если есть возможность, то овес кишкинским лошадкам из Заочья покупать не стоит: он, конечно, тоже овес, но силушки коникам дает куда как меньше, чем тот, который под Сергачем растет. А он точно знал, о чем говорил: все же лошадником он был уже в четвертом минимум поколении, а родной его брат в свое время был старшим коневодом на Пьянскоперевозском заводе. Конном заводе…