— Я тебя поздравляю, — с безэмоциональным лицом ответил Роланд, серые глаза которого ничего не выражали. — Вот, держи.
Он протянул вперёд руку с кошельком, который Седрик тут же взял, отпустив парня и отойдя от него на шаг назад.
— А остальные? — спросил юноша, засовывая чужой кошелёк в карман и надеясь, что не забудет отдать его обворованной старушке. «Не забыть бы, как она сама выглядела», — подумал он.
— С чего вдруг? — холодно спросил вор. — Я, по-твоему, зря старался, чтобы украсть столько кошельков, чтобы потом вернуть всё тебе?
— Я пытаюсь тебя защитить, — возразил Седрик, слегка нахмурившись. Не самая приятная тема для разговора между двумя друзьями. — Пытаюсь исправить тебя.
— Смешно, — равнодушно ответил брюнет, на лице которого не было ни намёка на смех. — Зря стараешься. Меня не исправить. Тем более твои способы «исправления» бесполезны. Разве можно исправить человека, отобрав у него им же сворованные кошельки? Таким образом ты только обречешь его на верную гибель от голода. Поверь, мне и самому порой хочется исправиться. А точнее исправить людей вокруг себя.
— Извини, — рыжий юноша не смог сдержать внимательный взгляд друга и опустил зелёные глаза вниз. — Я знаю, что тебе тяжело. Просто... Я хочу помочь тебе.
Да, он знал, что у Роланда была сложная и печальная судьба. Жестокий отец, насилие в семье, издевательство в школе, смерть матери, предательство брата — всё это заставило его никогда не показывать свои истинные чувства, никому не доверять, ступить на скользкий путь выживания в этом несправедливом мире и обречь себя на вечные страдания не только от проклятия, но и от всей своей неудачной судьбы.
— Я знаю, — острое лицо Роланда даже слегка смягчилось, на тонких губах появилась еле заметная улыбка. — Но поверь, это бесполезно. Мне уже ничем не помочь. Я сам себя затащил во тьму. Сам себя обрёк на гибель. И я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня. Не обращай внимания на мои проблемы, живи спокойно пока можно и старайся быть счастливым. У тебя всё ещё впереди.
— А у тебя разве нет? — Седрик с искренним переживанием посмотрел на друга большими зелёными, как летняя трава, глазами.
— Кто это был с тобой на площади помимо Ралины? — решил наконец сменить тему разговора брюнет, зная, что ничем это полезным не кончится, потому что такие разговоры между ними возникали не так уж и редко.
— Ты о Кае? — юноша был рад смене разговора, хотя и скрыл разочарование от того, что не узнал ответа на свой вопрос, который временами мучил его.
Ему временами казалось, что Роланд что-то скрывал. Он изредка замечал, как в серых глазах друга мелькало что-то тайное и, откровенно говоря, не самое светлое, что всегда напрягало юношу и заставляло отчаиваться. Седрик знал его с начальных классов, всегда старался защитить от насмешек одноклассников, пытался не только самому с ним сдружиться, но и подружить его с другими. Он хотел его осчастливить, хоть изредка видеть на холодном лице друга искреннюю улыбку или даже услышать его смех.
Но личная жизнь Роланда вне школы и друзей всегда ломала всё то, что строил для него Седрик. Ломало Роланда изнутри. И с каждым днём всё больше и больше, пока он наконец не сбежал из дома как раз в тот день, когда семья Вандейлов переезжала в другой город. С тех пор парень так и жил — воровал, связывался с плохими компаниями, курил и неизвестно чем ещё занимался. Но так или иначе Седрику было искренне его жаль. Ему было больно за своего друга.
— Наверное, о нём, — неуверенно согласился Роланд, коротко кивнув головой. От этого движения его чёрные прямые волосы ещё больше упали ему на глаза.
— Это... — рыжий юноша на мгновение замялся. — Кайман Сайлес.
Длинные брови брюнета слегка поднялись вверх.
— Сын того...
— Ясно кого это сын, — вдруг резко перебил его Седрик, сам от себя такого не ожидая. Ему совершенно не хотелось говорить сейчас ни о больном, ни о своих тайнах. — Но он только сегодня узнал, что является Магом.
— Это ты ему рассказал? — лицо Роланда приняло повседневное безэмоциональное выражение.
— Да.
— Но как ты нашёл его? — в голосе парня сквозили нотки интереса, что не могло не напрячь Седрика.
Тот вдруг снова быстро стукнул два раза концом трости об каменную дорогу и в следующее мгновение приставил острие сверкающего меча к груди Роланда. Тот с равнодушием посмотрел на красивый клинок и перевёл взгляд на друга.