— Не ори ты так, — строго сказала Ралина, нахмурившись. — Да, это так. Но они продолжают жить не смотря на то, что потеряли человека.
— И у них при этом не возникает недовольства? — невинно спросил Кай.
— Бывает, конечно, но в этом нет смысла, потому что иначе они сами попадут в петлю.
— Но при этом они так и продолжают жить в несчастье, тихо умирая от недовольства к Законам и ненависти к Магистрам? — усмехнулся блондин, уже представляя глубоко в подсознании как можно было бы всё исправить.
«Но какое мне до этого всего дело? — вдруг остановил себя Кайман, задумавшись. — Меня ведь никто не держит. Я могу взять и уйти отсюда, оставив всех этих глупых Магов на растерзание не менее глупых Законов. Почему я должен что-либо делать? С чего вдруг?». И вправду, с чего вдруг? Он как-то резко успокоился, усмехнулся, чувствуя, как напряжение спало с души, и достал из кармана пальто сигарету, чтобы в наслаждении вдохнуть никотин и расслабиться. И неважно, что дождь лил как из ведра.
— Не думаю, что это так, — возразила Ралина, отведя в сторону глаза.
«Ага, значит, врёт или что-то скрывает от меня, — самодовольно заметил шарлатан, прикрывая рукой сигарету, чтобы дождь не потушил её. — Или же ей просто не нравится смотреть на курящих людей. А в прочем какая разница? Я всё равно сейчас пойду домой». Но он понимал, что жить после всего этого будет уже не так-то легко, как раньше. И уж тем более Кай будет вспоминать эту черноволосую девушку, которая чем-то приглянулась его прогнившему сердцу.
— Ладно, это я так спросил, — усмехнулся парень и повернулся к девушке спиной, напрявляясь в сторону метро.
— Ты куда? — Ралина пошла за ним.
— На Луну, хочешь со мной? — рассмеялся Кайман, у которого поднялось настроение, и затянулся.
— Я серьёзно.
— Ты и так серьёзная, куда тебе ещё? — не унимался он, восхищённым взглядом скользя по девушке.
— Тебя здесь прикончить или в тёмном переулке, а, Сказочник? — Ралина, казалось, говорила на полном серьёзе.
— А где тебе удобнее? Можешь и в замке, — парень чуть дымом не подавился от смеха. — Ладно, домой я иду, куда же ещё?
— А как же Седрик? — строго спросила брюнетка.
— А что он?
— Ты не хочешь его подождать? Может, он тебе ещё что-нибудь расскажет? — предложила девушка.
— Да больно он мне нужен, — ухмыльнувшись, махнул рукой Кай, шагая мимо старинных домов Дефенсора и совершенно не обращая внимания на то, что полностью промок. — Наивный дурак этот Седрик.
— Это ты зря сказал, пацан, — вдруг раздался сзади грубый низкий голос.
Тяжеленная рука легла парню на плечо и резко развернула его. Он чуть ли сигарету не выронил из пальц, когда увидел перед собой огромного парня двадцати лет. Казалось, что у него всё было широкое: лицо, брови, нос, шея, плечи, тело, мускулистые руки и даже голубые, как небо в летний день, глаза. Короткие каштановые волосы были слегка взъерошены, пышные брови грозно сошлись на переносице, широкий шрам тянулся от подбородка до середины шеи, на которой виднелся ещё один шрам, скрывающийся за кожаной чёрной курткой, надетой поверх тёплого вязаного свитера. Помимо крупных размеров незнакомца Каймана поразила его левая рука — она была металлическая, с проводами и крепко держащими плечо блондина толстыми пальцами. Если как следует приглядеться, то можно было заметить, как в них словно текла кровь. «Наверное, для того, чтобы он мог использовать магию, когда надевал перчатки. Ведь, как я понял, именно с помощью своей необычной крови Маг мог управлять собственно магией», — догадался шарлатан и самодовольно улыбнулся.
— Чего лыбишься, придурок? — грубо спросил парень, грозно смотря на то, как Кай рассматривал его железную руку. Он с силой сжал зонт, который держал над головой. — По своей наглой роже захотел получить?
— Чувак, а можно без грубостей? — совершенно не боясь, усмехнулся Кайман и, затянувшись, пустил дым в суровое лицо незнакомца.
Тот тут же наморщился и отпустил плечо блондина, который почувствовал облегчение от тяжести. «Не меньше тонны у него весит рука, отвечаю!» — весело подумал он.
— Ещё раз так сделаешь, и я от тебя мокрого места не оставлю, — прорычал громила.
— Раус, сколько можно тебе говорить, чтобы ты был вежливее? — скрестив руки на груди, нахмурилась Ралина, сверля парня строгим взглядом, словно она была учительницей или, что ещё хуже, директриссой. — Особенно с незнакомыми людьми.
— А пусть следит за языком, когда говорит о Седрике, — ответил незнакомец по имени Раус и, встав рядом с ней, прикрыл девушку зонтом.