Кайман был поражён. Ещё никогда никто об этом с ним не говорил, потому что никому не было дело и вообще мало кто знал, что у него когда-то умер отец. Но он не подал своему удивлению вид. Он всегда умело скрывал свои эмоции, если это не касалось искреннего издевательства над людьми. Но сейчас он себя так чувствовал, будто это над ним издевались. И это его уже начинало откровенно злить.
— Да, это верно, — сдержанно кивнул парень, ощущая, как сердце пронзила боль от воспоминаний об отце, об единственном родном для него человеке, который любил его и заботился о нём, хоть как-то скрашивая серые будни.
— Как его убили? — спросил, чуть поддавшись вперёд, Сиэль, сверкая своими разноцветными глазами. — Простите меня за такой вопрос, Кай, я понимаю, для Вас это больная тема, но мне всё же интересно узнать.
Кайман слегка нахмурился. Он вспомнил значительную сумму, которую дал ему клиент, и понял, что лучше ответить на дальнейшие вопросы, чтобы оправдать все ожидания посетителя.
— Ничего страшного, обычно этим ещё никто не интересовался, и поэтому Вы отличаетесь ото всех моих прошлых клиентов, — широко улыбнулся юный шарлатан, не обращая внимания на боль в сердце, которая резала его на мелкие кусочки. — Мне тогда было всего шестнадцать лет, и моя жизнь только устаканилась, когда моего отца убили. В дом ворвался какой-то странный мужчина, начал что-то требовать от моего отца, Флинта, после чего не выдержал и убил его.
— Ножом или пистолетом? — спросил Сиэль, будто это было очень важно.
— Ножом, — секунду подумав, кивнул головой Кай, весь внутри напрягаясь от этой смены темы разговора.
Глаза собеседника блеснули, он кивнул головой, будто понимал, что на самом деле это была неправда. Что убийца вовсе не был человеком, что он убил не каким-нибудь там ножом, а паучьми лапами, которые выросли из его спины. Но разве такое возможно? Разве в это мог кто-либо поверить? Кая бы посчитали сумасшедшим или сказали бы, что ему это просто всё померещилось от страха. Но он твёрдо знал, что на самом деле всё произошло именно так, как оно и произошло. И это не давало ему покоя.
Сиэль, скрипнув стулом, вдруг встал и молча подошёл к своему пальто, которое тот оставил на крючке около выхода. Он что-то достал из кармана своей верхней одежды и, подойдя к столу, сел обратно на стул.
— А требовал этот «странный мужчина» вот это? — Сиэль положил на стол то, что взял из пальто.
Сердце Кая в груди замерло. Это была книга. Толстая, с пожелтевшими старыми листами, чуть порванными в некоторых местах, с кожаной плотной чёрной обложкой, на которой был изображён трон, на вершине которого ярко сверкал в свете люстры алый кристалл.
— Тёмная Книга... — тихо прошептал Кайман, не веря своим глазам и уж тем более не понимая, откуда он знал, что это за книга. И что она, это она.
— О, я и не сомневался, что она Вам знакома, — растянул губы в кровожадной улыбке Сиэль, выражение лица которого стало вдруг ещё опаснее, чем было до этого.
— Но откуда она у Вас? — юноша наконец оторвал взгляд от Книги и посмотрел на собеседника, чувствуя, как внутри всё сжалось, словно на его грудь надавила колесом машина. Потому что именно из-за этой вещи и умер его родной человек. — Отец говорил, что у него её нет.
— И это была ложь, — с видимым кровожадным удовольствием ответил мужчина, поглаживая своими тонкими пальцами с дорогими кольцами обложку Книги. — Ваш опекун до того, как вам исполнилось восемнадцать лет, продал мне Тёмную Книгу, когда Вас, Кай, не было дома.
Кайман слегка нахмурился, чувствуя в этой истории явный подвох, какую-то тайну, которую, не исключено, мог знать и его отец. Человек, которому он доверял и который что-то скрывал от него, как бы не хотел этого признавать парень. Но что делать, всем нам приходиться рано или поздно разочаровываться в родных людях.
— Допустим, — кивнул шарлатан, не желая пока вдаваться в подробности. — Но тогда зачем Вы её мне возвращаете?
— Она мне больше не нужна, всё просто, — усмехнулся Сиэль, пододвигая ближе к Кайману Тёмную Книгу, и встал из-за стола. — Теперь пришло ваше время изучать её, Кай. И Вы вскоре поймёте почему и зачем.
Его лицо превратилось в безумный оскал, от которого кровь стыла в жилах, глаза сверкали так, словно у него не было души, кроме бесконечной и никому неведомой тьмы, жестоко и беспощадно пытающейся захватить весь мир. Что-то заставило Кая улыбнуться ему в ответ такой же безумной улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего, словно он понимал о чём говорил ему мужчина и полностью с ним соглашался. Соглашался перейти на сторону Зла.