Однако когда мы достигли кассы, и Коля продиктовал заказ, в конце он добавил:
– Упакуйте с собой, пожалуйста…
Потом мы снова сели в машину и куда-то поехали. Я уже ничем не интересовалась, а просто тупо смотрела перед собой. Мимо нас мелькали дома, троллейбусные остановки на тротуарах, прохожие, куда-то вечно спешащие…
Наконец, Коля свернул на узкую дорожку и почти вплотную подъехал к небольшому прудику, в котором, горделиво задрав клювы, плавали утки. Я узнала территорию возле Новодевичьего Монастыря. Коля плавно притормозил и открыл окно. В машину повеяло тёплым ветерком. Лето уходило, но в воздухе ещё чувствовалось его приятное дыхание.
Между тем, Коля методично вытащил из пакета различные гамбургеры, коктейли и прочие удовольствия, которым при иных обстоятельствах я бы радовалась как ребёнок. Хотя, в сущности, разве я уже взрослая?
Тут я вспомнила, что с утра в зеркальном отражении обнаружила у себя несколько седых волосков… Да. И в семнадцать лет можно стать взрослой. Совсем взрослой.
Коля отвлёк меня от этих мыслей, нежно притянув к себе и поцеловав в висок. Я почувствовала его запах, такой родной и согревающий, и внезапно ощутила себя будто за каменной стеной.
Не сговариваясь, мы приступили к еде. Несмотря на весь ужас случившегося, ели молча, но с аппетитом. Наша трапеза быстро закончилась, мне не терпелось поговорить.
Я со всей тщательностью вытерла губы салфеткой и стала ждать. Коля молча закурил. Лёгкий сероватый дым медленно пополз в окно.
– Дай мне тоже, – попросила я.
– Ты же не куришь…
– Дай, – повторила я просьбу.
Коля протянул сигарету и помог мне прикурить.
– Когда втягиваешь в себя дым, представляй, будто глотаешь, – посоветовал Коля.
Но меня не надо было учить. Года два назад, ещё в школе, мы с девчонками баловались сигаретами. Это казалось прикольным. Однажды я случайно затянулась серьёзно, закашлялась. Ребята засмеялись надо мной. И тогда я решила, что обязательно научусь затягиваться правильно, как надо.
Сначала получалось плохо или не получалось вообще. Потом почувствовала, что втягиваюсь. Ужаснулась и бросила.
Сейчас же вспомнила, как один раз спросила у Глашки, которая любила дымить как паровоз, одну за другой:
– Зачем ты куришь?
– Это успокаивает нервы… – ответила она.
Вот и теперь я почувствовала, что мне срочно нужно успокоить нервы. Пусть и таким идиотским способом.
Коля помог мне прикурить, вышвырнул свой бычок в окно и начал рассказывать.
Глава 21
Всё началось с той бабки. Коля сразу почувствовал, что с ней что-то не так. Она была слепая, но, в то же время, будто видела всё, и причём не только то, что происходило в пределах того помещения, где она находилась. Казалось, что она вообще может видеть всё, что происходит в других местах в любой момент времени.
Когда Анну Ивановну привезли на новое место жительства, она сразу же отправилась в маленькую, ещё не до конца оклеенную обоями, комнату и ехидно спросила:
– Значит, здесь будут твориться дьявольские дела?
Коле не нравилась бабка. Он, откровенно говоря, её даже побаивался. А бабка чувствовала это и не упускала случая как-нибудь досадить парню.
Зато с Соней у Коли, наконец, сложились такие отношения, которых ему так хотелось. Соня оказалось девушкой что надо, открытой и готовой на всё. Таких, как она, у Коли ещё не было. Соня просто отдавала всю себя, ничего не требуя взамен. Однако парню, наоборот, хотелось в лепёшку расшибиться ради возлюбленной. Он осыпал её ярко-алыми и бордовыми розами и прекрасными словами любви, водил в рестораны и на различные тусовки. Его мажористые друзья не раз намекали ему, да и просто пытались подшучивать над тем, что девушка не их круга и, вообще, несколько полновата, но Коля их не слушал, считая даже с некоторой гордостью, что эта особенность фигуры в каком-то роде её изюминка. Да он вообще никого не видел кроме неё! А вот она…
Коля не раз предлагал девушке выйти за него замуж. Однако она неоднократно ему отказывала. Коля никак не мог понять почему!? Но однажды он узнал правду. Оказывается, Соня давно и безответно была влюблена… в Олега Антоновича! В этого старого дурня!
Соня сообщила это со злости, когда он в очередной раз стал приставать к ней с расспросами, почему она не хочет официально оформить отношения.
– И ещё, – выпалила тогда Соня, – я уезжаю на неделю к родителям! Мне нужен отпуск. Надоело возиться с этой старой грымзой!