Выбрать главу

Давид Фонкинос

Шарлотта

Тому, кто при жизни не стремится покончить с жизнью, нужна хотя бы одна рука, чтобы отвести от себя отчаяние, внушаемое ему неотвратимой судьбой.

Кафка. Дневники, 19 октября 1921 г.

На этот роман меня вдохновила жизнь Шарлотты Саломон.

Юной немки, убитой в возрасте двадцати шести лет, когда она была беременна.

Моим основным источником стала ее автобиографическая книга «Жизнь? Или Театр?».

David Foenkinos

CHARLOTTE

Copyright © Editions GALLIMARD, Paris, 2014

Cover illustration © Collection Jewish Historical Museum, Amsterdam

© Charlotte Salomon Foundation Charlotte Salomon®

©И. Волевич, перевод, 2016

©Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2016

Издательство АЗБУКА®

Часть первая

1

Шарлотта научилась читать свое имя на могильной плите.

То есть она не первая Шарлотта в семье, —

Первая – тетка, сестра ее матери.

Сестры были очень дружны, вплоть до ноябрьской ночи

тринадцатого года.

Франциска с Шарлоттой вместе пели и танцевали, вместе смеялись,

И в этом не было ничего вульгарного.

В их лучезарной живости таилась доля стыдливости.

Может быть, так повлияла на них личность отца,

Сухого педанта, любителя древностей и искусства.

В его глазах, интереса были достойны одни лишь седые руины.

Их мать отличалась более мягким нравом,

Но в нем затаилась глубокая скорбь:

Ее жизнь была сплошной чередой трагедий.

Позже мы скажем о них.

Пока же вернемся к Шарлотте,

К первой Шарлотте – Шарлотте прекрасной,

С длинными волосами, темными, как ее обещанья.

Все началось с замедления.

Она постепенно все делала дольше – ела, ходила, читала.

Что-то замедлилось в ней,

Словно ее отравила неодолимая меланхолия,

Роковая болезнь, от которой нет избавленья.

Счастье стало далеким, недостижимым, как остров,

оставшийся в прошлом.

Никто не подметил в Шарлотте начала распада.

Со стороны это было почти незаметно.

Если сравнить двух сестер,

Старшая просто была улыбчивей, чем другая,

Разве что эта, другая, все чаще уходила в раздумья.

А ею тем временем завладевала ночь —

Ночь, которой нужно дождаться, которая станет последней.

И вот наступил холодный ноябрьский вечер.

Весь дом безмятежно спал. А Шарлотта встала с постели,

Собрала какие-то вещи, словно в дорогу.

Город недвижно застыл, съежившись в ранней зиме.

Девушке только исполнилось восемнадцать.

Она торопливо пошла к намеченной цели.

Мост.

Мост, который она обожала,

Тайный приют ее мрака,

Станет последним мостом – Шарлотта давно это знала.

В черной безлюдной ночи

Она не колеблясь бросилась вниз,

В омут воды ледяной, превратив свою гибель в мученье.

Тело нашли поутру на речном берегу,

Посиневшее тело.

Родителей и сестру разбудила страшная весть.

Отец замкнулся в скорбном молчании,

Сестра безутешно плакала,

Мать исходила воплями горя.

Назавтра в газетах рассказали о девушке,

По неизвестной причине покончившей с жизнью.

Вот это ужасней всего:

Не просто жестокость – двойная жестокость.

Как же такое случилось?

Для старшей сестры эта смерть – оскорбление дружбы,

Но главное – чувство вины.

Она ничего не заметила, не поняла этой странной медлительности

И теперь укоряла себя в бессердечии.

2

Ни мать, ни отец, ни сестра не пришли на похороны.

Убитые горем, родители прятались от посторонних.

Их тоже, как и сестру, верно, мучил беспомощный стыд,

И любопытные взгляды им были невыносимы.

Так прошло несколько месяцев

В затворничестве, в нежелании выйти на люди —

Долгий период молчанья.

Ибо заговорить означало вспомнить Шарлотту.

Она бы незримо стояла за каждым сказанным словом,

И лишь молчание помогало жить дальше тем, кто остался в живых.

Но однажды Франциска села к роялю, коснулась пальцами клавиш,

Стала наигрывать мелодию и напевать вполголоса.

К ней подошли родители,

Невольно согретые этим лучиком жизни.

Страна вступила в войну. Быть может, так оно лучше:

Хаос – весьма подходящий фон для горя этой семьи.

Это первый всемирный конфликт.

Сараево вмиг разрушило все империи прошлого.

Людей миллионами гнали на верную смерть.

В длинных траншеях, изранивших землю, вершились судьбы мира.

А Франциска задумала стать сестрой милосердия,

Выхаживать раненых и больных, вытаскивать их с того света.

Главное, чувствовать, что приносишь пользу.