— Не верю! — упертости и мне было не занимать, — Эта гора — граница! Ее воздвигли под конец Древней войны, она служила, сейчас служит и будет служить границей между Темными и Светлыми!
— Границы на то и созданы, чтобы их преодолевать! — поддел меня Сим.
— Не поверишь, это не просто гора! Это магическая граница! — я ехидно улыбнулась, — Проникнуть сквозь нее на эту сторону можно только через внутренние помещения горы. Так что переход поверху исключен! Если только это будут не самоубийцы. Между прочим, там, на вершине, даже дышать невозможно! Воздуха не хватает, — я покачала головой. Нет, то что он говорит положительно невозможно!
— Хорошо, допустим, сверху перебраться невозможно, — паладин скрипнул зубами. За разговором — точнее, спором, — мы не заметили, что уже дошли до гостеприимно распахнутых ворот и стояли на одном месте, продолжая препираться, — А вдоль???
— Даан-Азар занимает только часть этой каменной гряды, причем далеко не самую большую, — я мотнула головой, — И потом, мы тут до вечера стоять будем? Пошли завтракать!
— Завтракать она собралась… — пробормотал Сим, — В такую рань порядочные люди и нелюди спать должны!
— Да не так уж и рано, — я примирительно тюкнулась губами ему куда-то в подбородок, — До рассвета совсем немного осталось!
— Хорошо, ты меня убедила, — он тоже умел идти на уступки, — Ты что есть будешь?
— Посмотрим… — пробормотала я, величественно вползая в кухню. Открыла хладницу, внимательно изучаем представленный нам выбор. Паладин, пользуясь тем, что выше меня, смотрит из-за моего плеча, волнующе щекоча дыханием мою шею. А ведь всего лишь какой-то месяц назад мне даже в голову не приходило повернуться к ему подобным спиной!
С момента моего предыдущего посещения этой гостеприимной обители ничего не изменилось. Задумчиво хмурюсь, трудности выбора, м-да… Вот Сим этим не заморачивается, схватил замороженную и приправленную заклинанием сохранности тушку курицы и принялся ее ощипывать.
— Не мучайся, тут на двоих хватит, — пресек мои метания Сим, он уже кипятил воду. Вау, он и готовить умеет?! Просто золотая жила, а не мужчина!
Я села, обвив хвостом ножку стола и стала внимательно смотреть и запоминать. Нет, я не понимаю! Со стороны это так просто, а вот когда я приближаюсь к печке, то всегда происходит катастрофа! Видимо, это мне на роду написано.
— Что ты так пристально рассматриваешь? — не выдержал Сим.
— Не понимаю, — я вздохнула.
— Чего не понимаешь? — он опустил розовую тушку в кастрюлю и повернулся ко мне лицом, опершись бедрами на край разделочного стола. Кр-расивый, гад. Стремительные и точные движения, походка и грация хищника. Даже не могу поверить, что это чудо мужской красоты собирается добровольно и на всю жизнь достаться мне. Это я о том, что он хочет на мне женится. Наши браки не расторгаются…
— Того, что у других так легко получается готовить, а у меня этот талант уже уходит в минус, — ответила я, спохватившись, что молчание затянулось. Сим едва заметно усмехнулся, поняв, почему я задержалась с ответом.
В такие минуты он меня немножко… пугает. Вот такой, ощутимо старше меня, насмешливый и снисходительный к моим причудам, он мне кажется хищником. В роли жертвы же предполагаюсь я.
Я встряхнула головой. Пусть он меня иногда и пугает, но я, как мне кажется, люблю его. Интересно, а понравится ли мой избранник брату? Хвост даю на отсечение, что нет. Я задумчиво коснулась пальцами того места, где у меня располагался знак льен-до. Я не сказала Симу, что этот знак чаще всего наносят будучи уже либо в браке, либо жених с невестой. Ни к чему ему это знать.
Подняв голову, я встретилась взглядом с паладином, который внимательно наблюдает за мной. Он чему-то улыбается, и мне становится тревожно.
— Что? — спросила я, возможно, слишком резко.
— Да так, ничего, — его улыбка стала еще шире. Я тихонько зашипела — терпеть не могу неопределенности.
— Не сердись, — он снова стал моим Симом, который уступчивый и жизни не мыслящий без меня, — Просто… ты мне вдруг показалась такой молоденькой что я умилился.
Ну спасибо!
Сим
Саишша злобно прищурилась и недоверчиво раскрыла и закрыла гребни на висках. Обожаю ее такую — маленькую, взъерошенную, опасную, если ее разозлить, но в то же время беззащитную. Но назвать ее так у меня не повернулся язык, поэтому я ляпнул то, что пришло первым в голову. Судя потому, как ее передернуло, лучше бы я молчал.
Курица сварилась. Я достал ее, спиной чувствуя изучающий взгляд шассы.